Я замялась. Кейт! Какого черта ты здесь делаешь? Это ошибка! Маркус был просто незнакомцем, и я сильно заблуждалась, полагая, что этот парень сдержит свои обещания или, хотя бы, будет искренним той ночью. Господи! Просто я была дурой. Я чувствовала себя такой наивной и глупой!

— Что ты здесь делаешь? — спросил Маркус, отражая мои мысли. Он выглядел смущенным, пока разглядывал меня, одетую в цветочное летнее платье. Как никогда я чувствовала себя не в своей тарелке.

Я помотала головой.

— Неважно. Я уже ухожу.

Маркус на несколько шагов приблизился ко мне. Его голубые глаза впились в мои.

— Я не понимаю. Ты пришла сюда ради меня, верно?

Я упрямо покачала головой.

— Нет.

— Тогда зачем ты здесь?

— Я уже ухожу.

Попыталась сдвинуться с места, но он протянул ко мне руку.

— Нет, — сказал он, и его лицо смягчилось. — Поговори со мной, Кейт. Не убегай.

Я сделала пару глотков воздуха, не зная, как объяснить ему все и не выглядеть при этом сумасшедшей. Не было никакой возможности увильнуть, я чувствовала себя униженной и грязной. Даже за несколько жизней я не смогла бы отмыться.

Смирившись, отвернулась и пробормотала:

— Ты не позвонил.

Маркус не ответил и не шевелился несколько мгновений, и я была уверена, что покраснела до корней волос. Наверняка, он принял меня за чокнутую.

— Посмотри на меня, — сказал он и его голос звучал низко и серьезно. Когда я отказалась, Маркус подошел ближе ко мне и загородил обзор своим телом. — Посмотри на меня, Кейт, — повторил он.

Я медленно подняла на него взгляд, и в ярких лучах солнца его великолепное лицо показалось мне таким же, как и тогда, когда я была здесь в первый раз.

— Я не позвонил ради твоей же пользы, — осторожно объяснил он. — Детка, ты солнце, а я чертова тьма. Мы с тобой из разных миров, и в аду тебе будет лучше, чем со мной.

Моя грудь сжалась, когда я ответила:

— Это не тебе решать.

В течение нескольких минут Маркус изучал каждый сантиметр моего тела: маникюр, прямые, гладкие светлые волосы, дорогое платье и идеально нанесенный макияж. Неожиданно я ощутила, что мне необходимо переодеться. Правда была в том, что я сделала все возможное, чтобы поразить его. Но сейчас все выходило совершенно наоборот.

Маркус осмотрелся вокруг и нахмурился, заметив у тротуара мою машину.

— Не очень удачное место для парковки, — пробормотал он.

— Не подумала, — тупо ответила я. — Знаю, что должна была. Думаю, это из-за излишней импульсивности.

И глупости.

— Позволь, я покажу тебе кое-что, — сказал он, оборачиваясь ко мне.

— Ладно.

Маркус взял меня за руку, что, по моему мнению, было хорошим знаком и повел наверх в свою квартиру. Все это время он выглядел противоречиво, его брови были нахмурены, лицо серьезно. Когда мы добрались до квартиры, Маркус отпустил мою руку и ключом открыл дверь.

— Заходи, — сказал он, и я вошла вслед за ним в квартиру.

Я растерялась, когда он отступил в сторону.

— Оглянись, — сказал он. — Я живу здесь шесть месяцев, и вот что я из себя представляю.

Сделав так, как он велел, осмотрела его квартиру. Мои каблуки громко стучали по половицам, в то время как я проходила по гостиной мимо дивана, на котором получила самый лучший сексуальный опыт. Определенно, он видал и лучшие времена. На самом деле, вся комната была заполнена дрянной мебелью и коробкой из-под телевизора, модель которого устарела еще с десяток лет назад.

— Зайди в спальню, — продолжил Маркус, заметив мою нерешительность. — Давай, детка, осмотрись хорошенько.

Я так и сделала.

В спальне была разломанная двуспальная кровать и небольшой светло-коричневый письменный стол, заваленный всяким хламом. На кухне в раковине было полно грязной посуды, и даже кухонные шкафы были желтыми от времени. Я начала понимать, что он пытался сделать.

— Итак, ты на мели, — пробормотала я, оборачиваясь к нему, и легкомысленно добавила. — И ты немного неряшлив.

Маркус скрестил руки на груди, опершись спиной на входную дверь, и пристально смотрел на меня. Он ждал большего, и я вздохнула.

— Ты тоже принимаешь наркотики? На них ты тратишь деньги? Я думала, что у дилеров должна быть куча налички.

— Я зарабатываю немного, — ответил он. — Связался с опасными людьми, и они отбирают большую часть моего заработка.

— Тебе это нравится?

— Нет. Я ненавижу это.

Я пожала плечами.

— Так брось это.

— Бросить? — он слегка усмехнулся. — Ты ничего не знаешь о моем мире, красотка. У меня с рождения не было таких возможностей как у тебя. Я вырос среди этой отравы и вынужден заниматься тем, чем занимаюсь. Данная работа — это пиздец, но она приносит мне гораздо больше денег, чем если бы я работал с девяти до пяти, зарабатывая копейки. В конце концов, именно так и устроен мир. Ты едва выживаешь и должен работать. Ты борешься и борешься и так до самой смерти. Нет легких путей. Никакой помощи из-за угла, никаких родителей, которые исправят твои ошибки, а это самая легкая работа, которая только может быть. Всем насрать на то, что ты здесь. Я один против всего мира, и это моя жизнь, Кейт! Это пиздец как уродливо и я не собираюсь вносить это уродство в твою яркую идеальную жизнь.