Прямо за стенкой дюжие парни в намордниках и синих окровавленных халатах огромными топорами разделывали туши, отделяя лишнее, которое шло на корм собак и прикомандированных рабочих из недоразвитых стран, помещая куски в полиэтилленовые пакеты, которые в свою очередь по специальному эскалатору отправлялись в подвал, где располагались холодильники и морозильные камеры. Там голодные работники под присмотром смайлов с плетьми и розгами частично складировали мясо, а большую часть отгружали на подъемник. Упаковщики раскладывали все в коробки, и на последней стадии грузчики распределяли товар по машинам, которые уносились в самые дальние уголки нашей бескрайней родины, чтобы удовлетворить растущие потребности населения.

Антон довольно погладил отсутствующий живот и, кивая головой, сказал:

– Экскурсия окончена! Ждем вас на работу сразу же после оформления медицинских книжек.

Он с некоторой грустью посмотрел в зал. Смайлы улыбались и продолжали пялиться в мониторы.

декабрь 2016

18

Игорь стоял возле теплового шкафа и теребил засаленную оранжевую футболку, засунув руки под фартук, некогда бывшим черного цвета, а сейчас сплошь покрытый жиром, заляпанный мукой и соусами. Он посмотрел на свои туфли, растрескавшиеся, со стоптанными каблуками и оторванными подошвами, затем почесал жиденькую бороденку, торчавшую в разные стороны на подбородке и тяжело вздохнул.

– Игорек!
– услышал он голос за спиной и злобно посмотрел на говорившего.

Это был Максим, сегодня обслуживавший кассу.

– Меня зовут ИГОРЬ!
– сквозь зубы процедил Игорь, и Макс пожал плечами:

– Я просто хотел сказать, что приехала Саша.

Саша была старшим смайлом тридцать второго уровня, и она делала набеги на заведения вместе со своим мужем, числившимся каким-то механиком, а по сути исполнявшим обязанности "мастера на час", чтобы напрячь смайлов и работников поживиться, чем, как говорится, бог послал. Так вот, Саша - высокая, весьма солидная дама неопределенного возраста - сегодня нагрянула с очередной проверкой. Все вокруг зашуршали, забегали; иноверцы забились под столы, уборщики и грузчики убежали на улицу, а смайлы в цветных рубахах с улыбками на лицах высыпали навстречу начальству. Сашин муж, держа в одной руке отвертку, в другой пассатижи, направился к раковинам, где люди мыли руки и умывались. Он стал откручивать краны, снимать смесители, выдергивать шланги и все это швырял в большую коробку, которую держал перед ним человек в оранжевой рубашке. "Как же мы теперь будем соблюдать стандарты по мытью рук?" - мелькнула мысль в чьей-то голове, но сразу же исчезла, поскольку пробегавшие мимо работники заведения, уже меняли бирки сроков годности на готовую продукцию в шкафах хранения. Это заметила Саша, надевшая высокий клоунский колпак и прохаживавшаяся туда-сюда по кухне. Она остановилась, широко расставив ноги и не признающим возражений жестом указала на хранилище:

– Все списать! Все мясо - в мешки!

Все вокруг засуетились и стали вытаскивать продукцию и аккуратно укладывать в черные мешки.

Игорь не выдержал; мало того, что голод довел его до отчаяния, но он еще думал и о своих детях. Молодой человек приблизился к управляющей и проговорил:

– Можно мне взять небольшую часть списанной продукции?

Управляющая убрала жиденькие волосенки под бейсболку:

– Игорь, а разве мы едим списанную продукцию!?

– Нет... Но я не есть... Я - домой... Мои восемнадцать детей не ели уже пять дней...

– А почему же ты с получки не купишь достаточное количество еды?
– строго спросила управляющая.

– Так ведь вы мне ставите одну-две смены в неделю, да и то по три, в лучшем случае четыре часа, а кроме еды у меня еще есть определенные выплаты...

В то время Саша, стоявшая рядом, на несколько мгновений перестала улыбаться и сгустила брови:

– А почему у вас работники небриты?

Рука Игоря машинально потянулась к бородке, но рядом с ним возник механик - муж Саши. Он схватил парня за плечи:

– Вперед бриться!

От служебного входа к ним приближались трое верзил, по всему виду готовых вступить в сообщество смайлов. Они потащили Игоря в подсобку.

А возле тепловых шкафов, закованные в цепи работники двигали взад и вперед неработающие двигатели. Некоторые из них валились с ног, но смайл плеткой поднимал их и, улыбаясь, заставлял приступить к работе...

– Ну, что ж, - сказала Саша после паузы, улыбка вновь сияла на ее лице, - У вас вроде все в порядке, и мы можем ехать.

Это был своего рода знак для мужа, и тот, не долго думая, прибегнув к помощи иноверцев, стал перетаскивать мешки со списанной продукцией в грузовую машину, стоявшую возле центрального входа.

Из подсобного помещения, шатаясь вышел абсолютно голый и чисто выбритый (во всех надо заметить местах) Игорь. Довольная Саша направилась к машине мужа и спустя минуту даже шум мотора растаял в морозном воздухе...

19

Уже давным-давно ходили странные слухи о двух женщинах-сестрах, работавших в заведении, одна - в ночь, другая - в день. Т.о. получалось, что они находились на работе постоянно, да все бы ничего, но женщины всюду совали свой нос, во все вмешивались, за всеми следили, и хотя с виду они были весьма доброжелательны, много шутили, хотя часто невпопад, однако на столе у начальства появлялись докладные, и оно было прекрасно осведомлено о происходящем в заведении, даже там, куда никогда не совало нос. Даже младшие смайлы были не слишком довольны ситуацией, и тогда созрел определенный план: нужно поставить наблюдателя из работников, чтобы он все узнал, все разнюхал.

Время, как говорится, вспять не повернешь, и работник заведения в кратчайшие сроки докопался до истины, а она оказалась очень и очень интересной! На самом деле не было никаких сестер, а была одна-единственная женщина, она же и работала круглосуточно, дабы заработать как можно больше и получить одобрение руководства и встать на первую ступень карьерной лестницы, и для этого все средства хороши.

Наблюдатель собрал всех работников, пригласил младших смайлов и сообщил им о своем открытии, но он не подумал о том, смайл, будь он и младшим, остается смайлом до самого конца. Не успели стихнуть его слова, как появились улыбающиеся люди и схватили его. Они оттащили работника на фабрику, где выращивались бесформенные твари, швырнули его на пол.