При этом Таня с удовольствием возилась с младшими детьми, даже после того, как старший сын ушёл в армию, что дополнительно внушало Залесской определённую уверенность в завтрашнем дне. Однако с дочерью она была абсолютно согласна. Пусть на развлечения и путешествия, которые устраивала для подростков Эсперская, уходило несравнимо больше денег, чем могла скопить на обедах обычная старшеклассница, взносы Алисы в общую кубышку – были делом принципа.

– Скажи лучше, егоза. Ты с кем домой-то приехала, по времени ещё рановато… Водитель деда обычно тебя позже привозит.

– Меня чёрные пояса с тренировки подвезли. А в честь чего праздник? Папенька небось опять ворчать будет про «поедание трупов несчастных зверюшек», – девочка спародировала далеко не самый приятный голос отца. – Мааам, я б сейчас какой-нибудь трупик поглодала бы. Ну, хоть самый ма-а-аленький! Мышиный!

Последняя фраза сопровождалась демонстрацией огромных жалостливых и голодных глаз, которым позавидовали бы даже Пуся с Лялей.

– Это те, которые мальчишки и дураки? Кто был в курсе, что ты с ними поехала и где собственно твои телохранители? – внезапно посуровела Софья.

– Тренер в курсе, – пискнула дочь, постоянно бунтующая против подобной насущной необходимости, и тут же надулась. – А болваны внизу, в своей машине! Куда они денутся… от них не оторвёшься.

– Что ты сказала?

– Я говорю, что парни, хоть и дураки, но свои, можно сказать, почти родные! – голос Алисы доносился уже из её комнаты.

– Ох, бедовая ты моя… – прошептала Софья и крикнула дочке вдогонку: – Переодевайся и мой руки! Так и быть, выделю тебе пару бутербродов – но не больше. Вечером Регина зайдёт с каким-то сюрпризом.

– А что за сюрприз? – не прошло и пары минут, как за стол плюхнулась уже переодетая в домашнее, умытая дочь, курносое личико которой сияло интересом и предвкушением.

Манчкины, сделав стремительный, явно заранее отработанный манёвр, тут же оказались у её ног, в надежде что им таки перепадёт чего-нибудь вкусненького.

– Ну, если бы она сказала, это бы уже сюрпризом не было, – Софья поставила перед девочкой кружку с чаем и тарелку с бутербродами, в один их которых та ту же впилась крепкими белыми зубами, – Как в школе дела? Как подготовка к экзаменам?

– Нрмн. Птерк п мтике, – слишком большой кусок никак не хотел пережёвываться, – звтра конслтаця.

– Не говори с набитым ртом.

– Игорь не звонил? Когда он приедет? – наконец еда провалилась в положенное ей место. – Я соскучилась…

– Я тоже. Нет, не звонил, он же… – закончить фразу не дал звонок мобильного, тут же отозвавшегося мелодией полученного в «WhatsApp» сообщения, в кармане Алисиной юбки.

– Софи, это я! – раздался в трубке пробивающийся сквозь шум машин и гомон людей голос мужа. – Софи, мы с Тонни будем поздно! Пора парню получить билет во взрослую жизнь, так что я веду его на встречу с…

Имя оппозиционного лидера, которым супруг восхищался и в партию которого ежемесячно отчислял членские взносы, потонуло в вое сирены.

– …так что ты на нас не готовь! Мы в «Джаганнате» перекусим.

– Где? Ипполит! Дорогой! Но я же предупреждала тебя, что сегодня…

– Прости, Софи! Но такой шанс упускать нельзя… Да и Тонни очень просил познакомить его с… – прокричал в трубку муж и отключился.

– Свинтил, – тяжело вздохнула Софья, не зная то ли радоваться ей, то ли взять и расстроиться.

– Чего? – переспросила дочь, отрываясь от смартфона.

– Антон упросил папаню познакомить его с их вождём. А твой отец так не хочет встречаться с Региной, что согласился.

– Ага, – хмыкнула Алиса, картинно поднимая руку с телефоном на уровень лица, и начала читать: – Сеструх, батя ваще борзанулся. Снял меня с подготовительных, наорал на бодиков, чтобы не преследовали нас «гэбисты проклятые», и тащит на спич какой-то демшизы! Лиса, если меня стошнит от этой кашерной политоты – прошу считать меня анонимом! Слава Пиратской Партии! Пы-Сы: Мне светит веганский ресторан. Спаси меня, сестра! Псы-Сы-Сы: Может, маман звякнет Глав-Деду, скажет, что меня похитили либерал-террористы, и он устроит папане и его дружкам праздник с маски-шоу? Улыбочка, улыбочка, ржущий смайлик!

– О господи… – только и сказала Залесская, устало покачав головой.

– Ну чё? – вполне серьёзно спросила её дочь. – Мне Глав-Деду звонить? Жалко ж братика.

– Ешь уже… – отмахнулась от неё Софья.

Спустя примерно тридцать минут, когда стол был сервирован, а между женщинами начался классический разговор ни о чём, в дверь позвонили.

– Я открою! – ураган по имени Алиса сорвался с табуретки, игнорируя возмущённый «мяв» котов, уже пригревшихся на её ногах.

И через десяток секунд тишина квартиры разорвалась счастливым воплем.