— Спасите меня! Они убьют меня!

— Кто?

— Черные ведьмы!

Кастелле знаком велел полицейским выйти.

— Патрон, я полагаю, мой друг Юбер хочет облегчить свою совесть и просит у нас защиты.

Помолодевший Сервион с интересом посмотрел на него.

— Я вас слушаю, старина.

И Юбер рассказал все и о фальшивом алиби, и о смерти Кастанье. Допрос был коротким. Когда Юбер подписал свои показания, полицейские увели его в камеру. Кастелле радостно воскликнул:

— Я был уверен, что он расколется!

— Но чего он так испугался?

— Старухи ездили к нему.

— В Гольф-Жуан?

— В Гольф-Жуан.

— Зачем?

— Чтобы напугать его. Это я их возил туда.

— Да, Кастелле, вы ловкий парень!

— Просто мне не хотелось, чтобы наши одержимые бабульки убили Юбера, Фреда, а может и Консегуда.

Все произошло за несколько минут. Фред Кабрис хотел попрощаться с женой, все еще находившейся в тюрьме, и объяснить ей мотивы своего бегства. В конце концов, это ведь все случилось из-за нее! Если бы ее арестовал Антуан Пьетрапьяна, Фреду не пришлось бы мстить за жену, как и положено настоящему мужчине. Он был по-своему очень сентиментален. Но, к сожалению, сентиментальность — непозволительная роскошь для людей вне закона.

Кабрис считал, что он успеет вернуться к себе, собрать вещи и улизнуть до того, как его разыщут мстители. Он думал, что полиции ему нечего опасаться.

В последний раз Фред окинул взглядом свою квартиру, в которой жил уже несколько лет, и которую сейчас был вынужден покинуть. Вдруг раздался стук в дверь. Фред замер: он никого не ждал. Решив бежать из города, он почти успокоился, а теперь страх снова закрался ему в душу. Неужели это проклятые ведьмы из старого города? Неужели они осмелились прийти сюда?

— Кто там? — хриплым голосом спросил он.

— Это я, Кастелле. Откройте дверь, я спешу.

Фред с облегчением вздохнул. Снова этот сыщик! Что ему нужно? Он открыл дверь.

— Привет, инспектор.

— Уезжаете? — спросил Кастелле, указывая на чемоданы.

— Как видите… И, простите, я спешу.

— Вам уже некуда спешить.

— Как это понимать?

— А так, что раньше вы, может быть, и спешили, а теперь уже можете не торопиться.

— Почему?

— Вот потому! — сказал полицейский и быстро надел на него наручники. Фред с изумлением смотрел на «браслеты».

— Но… за что? — пролепетал он.

— А ты не догадываешься?

Услышав, что полицейский обращается к нему на «ты», Фред задрожал.

— Снова эта история с убийством на перевале Вильфранш?

— А ты что думал, мы тебе позволим безнаказанно убивать наших людей?

— Но я же…

— Не трудись. Юбер все рассказал.

— Не может быть!

— Да еще с какими подробностями! Фальшивое алиби, подготовка к операции, твои распоряжения, «добро» Консегуда. Консегудом патрон займется лично. Вот так-то! Теперь ты понял, что тебе торопиться уже некуда?

— Подлец!

Кабрис сразу обмяк. К чему бороться, если все равно проиграл? Предательство потрясло его так же, как и разлука с Анаис. Теперь это уже разлука навсегда!

— Мы могли бы позволить, чтобы тебя убили так же, как и твоих дружков, — сказал инспектор. — Но я решил, что эта кара для тебя недостаточна. Я хочу, чтобы ты медленно гнил в тюрьме, отрезанный от всего мира. Ты будешь умирать долго! Если, конечно, тебя не отправят на эшафот. И тогда ты узнаешь, что значит ждать встречи с палачом!

Потом, уже другим тоном, полицейский добавил:

— Антуан Пьетрапьяна был моим другом, понял?

Увидев на пороге Сервиона, Жозетта поняла, что в дом пришла беда.

— Что случилось? — тихо спросила она.

— Все кончено!

— Что вы имеете в виду?

— Убийство Пьетрапьяна.

— Мы не имеем к этому никакого отношения.

— Имеете. Именно вы подготовили это убийство. Где ваш муж?

Она повела его в гостиную. Ее походка вдруг отяжелела, за несколько секунд Жозетта Консегуд превратилась в старую уставшую женщину. Гастон нервно подскочил, когда жена сказала ему:

— Пришел комиссар.

— Пусть он оставит меня в покое!

Сервион подошел к старому бандиту.

— У вас будет время успокоиться в тюрьме.

— В тюрьме?

— Да. Я же обещал, что доберусь до вас, Консегуд! Вот я и добрался. Я забираю вас обоих.

— Вы не можете…

— Могу. Вы арестованы. А дальше — пусть решает суд. Юбер во всем сознался. У нас огромное досье на вас, Консегуд. И убийство Пьетрапьяна, которое вы организовали, достойно увенчает его. А ваша жена пойдет как соучастница. В вашем возрасте и с вашим опытом вы могли бы понять, что когда убиваешь полицейского, из этого дела трудно выйти сухим. Ну так как, пойдете спокойно или позвать шофера?