– Да, - проговорила она, подталкивая его голову к сердцевине. О, да.
– Но таков был мой выбор, и я не сожалею о нем. Мне пришлось как-то зарабатывать на жизнь. Было два варианта или души или порно.
– Зи вскинул голову и воззрился на Векс. Она улыбнулась, но ему было не до веселья.
– Что? Откуда опять это обвиняющее выражение?

Он сел, всё желание улетучилось лишь от мысли о Векс с другими мужчинами.

– Есть кое-что, что мне сложно принять, - яростно проговорил он.
– Я привык к Лауре, которая не срывает лепестки с цветка, потому что ему будет больно. Сложно выслушивать о том... что ты втягивала и продавала души, а еще труднее... о тебе в главной роли в порнографии.

Векс пригладила торчащие волосы, но они еще больше запутались.

– Когда ты не знал, что моя душа - реинкарнация Лауры, на счет порно было все нормально. А теперь ты...

– Ты не снималась в порно. Я знаю, что ты меня дразнила. Лаура никогда бы не начала дразниться. Эта тема... для нее... непристойна.

Векс начала смеяться.

– Ох, Господи, Лаура была чертовой ханжой. Как ты ее терпел?

Внезапно, оставшееся возбуждение смел гнев, и Зубал вскочил с кровати.

– Ты ее не знаешь. И не пытаешься узнать.

Векс вздохнула.

– Потому что ты хочешь, чтобы я была ею, и как бы сильно не хотел, этого не будет.

Это не правда. Не совсем. Но было бы неплохо, если бы Векс хотя бы попыталась вспомнить что-то из их прошлой жизни. Или не высмеивать ее.

– Ты хоть что-нибудь помнишь?

– Ничего.
– Она метнула в него слово, словно копье, которое пронзило Зубала и оставило рану.

– Есть люди, к которым мы можем сходить, - отрывисто проговорил он из-за нарастающего разочарования. Он открыл шкаф, кинул на кровать халат для Векс.
– Демоны-экстрасенсы, которые могли бы нам помочь...

– Нет.
– Она встала с кровати.
– Ты не понял? Сколько же раз повторять?! Я не Лаура и не хочу ею быть. Я только эту жизнь знаю, жизнь, которую дали мне мои родители, неидеальные, но любящие. Отказаться от своей жизни, значит отрицать их. Мне нравится моя жизнь, Зубал.

– Нравится?
– Она сейчас серьезно? Она должна быть ангелом. Элитой. Пусть даже и не настолько хорошей.
– Нравится быть потомком двух падших? Нравятся твои слабые силы и пара способностей?

– Кто бы говорил.
– Она резко схватила халат.
– Тебе нравится быть падшим? Гордишься тем, что сделал во имя зла?

Зубал вытащил шорты из шкафа.

– Я делал это ради тебя.

– Ох, да пошел ты, - отрезала она, запахивая халат на груди.
– У тебя не получится свалить всю вину на меня. Ты делал это ради себя. Может из тебя отстойный ипсалим, поэтому ты искал достойный предлог, чтобы больше им не быть. Или может ты был недоволен собой и использовал отказ Лауры от благодати, чтобы скрыть сей факт. Я не знаю. Но знаю одно - тебе нужно понять, что я - Векс, а не Лаура. И я делала многое из того, что, вероятно, Лаура не посмела бы делать, и не сожалею об этом. Я уже говорила, что моя жизнь мне нравится, но, очевидно, что Лаура ненавидела свою.

– Она любила свою жизнь, - воспротивился Зубал, но сам себе не поверил, на что Векс и указала.

– Серьезно?
– поддразнила она.
– Потому как, будь Святая Лаура счастлива, зачем ей отказываться от крыльев? Раз была довольна, почему не вышла за тебя, когда был такой шанс?

Он стиснул зубы от досады аргумента и факта, что начинает проигрывать спор.

– Ипсалимы не могут жениться до пятидесяти лет. Когда ее изгнали с небес оставалось еще десять лет.

Вздохнув, она покачала головой.

– Слушай, может нам расслабиться. Принять ванну?
– Она вновь скинула халат, подошла к ванне и опустила палец в горячую воду.
– Можем поиграть в "Машину времени в джакузи"

– Это какая-то секс-игра?
– От мысли, что она могла играть в нее с другим мужчиной, вновь проснулась ревность.

Рассмеявшись, Векс опустила ногу в ванну.

– Это фильм. Который ты мог бы знать, будь у тебя здесь кабельное.
– Она поманила его и от этого жеста, её груди, гипнотически, подпрыгнули.
– Иди сюда. Ты можешь быть первым. Будь у тебя машина времени, куда бы ты хотел отправиться?

– Это просто, - ответил он, пожимая плечами.
– Вернулся бы на сотню лет назад и не дал тебе потерять крылья.

Она начала заносить вторую ногу в ванну, но так и застыла.

– Прости?

Ее шокированный и неверующий тон еще сильнее разозлили. Зубал понимал, почему она отрицает прошлое, но проклятье, почему она так яро не желала принимать то, кем была, и кем они были друг для друга?

– Если бы я мог вернуться назад, мы бы не оказались в этой ситуации, - указал он.
– Мы были бы теми, кем нам предназначено быть.