В трудные для страны дни, когда на фронте складывалась особо сложная обстановка, курсанты вместе со своими командирами отправлялись на фронт. Так было в ноябре 1941 года во время битвы за Москву, так было и в конце лета, осенью и зимой 1942/43 года во время Сталинградской битвы.

Кроме этих стажировок, курсанты арттехнического и автотехнического дивизионов выезжали на производственную практику на оборонные заводы Свердловска и Челябинска, где работали наравне с кадровыми рабочими. Вместе с жителями Миасса и эвакуированными рабочими Московского автомобильного завода курсанты заложили фундаменты первых цехов Уральского автомобильного завода. Суровой зимой 1942/43 года курсанты работали на прокладке линии железной дороги от города к будущему заводу.

В конце 1943 года состоялся выпуск курсантов нашего 71-го взвода. Все мы получили звание гвардии младших лейтенантов и были направлены в действующую армию на разные участки фронта.

В апреле 1984 года группа ветеранов гвардейских минометных частей из Челябинска и Свердловска отправилась в Миасс. Там в СПТУ № 9, где в годы войны размещались казармы 1-го гвардейского Краснознаменного ордена Красной Звезды минометно-артиллерийского училища им. Красина, была установлена мемориальная доска. Группу возглавлял В. Н. Четыркин, ректор Челябинского института механизации и электрификации сельского хозяйства, — выпускник нашего училища. Разговоры, воспоминания… Встретились люди, не видевшие друг друга более 40 лет. Вглядывались в лица, и старые фотографии помогали узнать старых друзей…

И. Викторов, бывший курсант

1-го гвардейского минометно-артиллерийского

училища им. Красина

Эти люди не выплавляли в годы войны броневой металл в Магнитогорске и Златоусте, не выпускали танки и «катюши» на заводах Челябинска, но то, что совершили они, сродни подвигу, достойно всенародного поклона. В ту тяжелую пору они являли образцы подлинного человеколюбия, самопожертвования, высокого понимания профессионального долга. В память об этом — мемориальные доски на зданиях бывших госпиталей. Таких «памяток» в нашем крае немало.

С самого начала войны, наряду с организацией выпуска боевой продукции, в нашей области предстояло развернуть сеть госпиталей — в предельно короткие сроки укомплектовать их лечебным и обслуживающим персоналом, подготовить необходимые медикаменты, соответствующие помещения, хозяйственный инвентарь. Возглавила эту работу заместитель председателя облисполкома врач М. Д. Ковригина.

В оснащении и становлении госпиталей (которым передавались многие здания школ, все санатории и дома отдыха) участвовали коллективы лечебных учреждений области. Медики Челябинска поделились с ними всем, чем располагали: инструментами, препаратами, перевязочными материалами, постельным бельем; направили сюда наиболее квалифицированных специалистов. Среди них были врачи, пользовавшиеся большим уважением горожан: Н. И. Игнатов, оказывавший помощь еще участникам первой мировой войны, а позднее раненым красноармейцам; Н. И. Смалин, который стал врачом в 1915 году и возглавлял в гражданскую войну красноармейский лазарет в Челябинске. Несмотря на возраст, оба работали в госпиталях до самого Дня Победы.

В конце июля 1941 года в области насчитывалось 10 госпиталей, а к концу года уже более 70. Они имели 24,5 тысячи коек. Неоценимую помощь работникам этих учреждений оказывали работавшие тогда в Челябинске крупные украинские ученые — профессора Киевского мединститута, на базе которого был организован Челябинский мединститут.

Госпитальная сеть продолжала увеличиваться, в середине 1942 года в Челябинске было уже свыше 120 госпиталей. Зачастую, в зависимости от обстановки на фронте, для организации новых госпиталей отводилось максимум 15 дней. Сейчас такое невозможно представить. Но не было случая, чтобы этот срок оказался невыдержанным. Медики Южного Урала в течение 1941–1943 годов приняли около 500 военно-санитарных поездов — почти 220 тысяч раненых.

На вооружение были взяты достижения медицинской науки того времени. Широко применялись сульфамидные препараты, для ускорения срастания переломов и заживления мягких тканей — сыворотка, предложенная академиком А. А. Богомольцем. Существенное значение придавалось введению в лечебный процесс физиотерапии, лечебной гимнастики. Большая заслуга здесь принадлежала врачу облздравотдела Н. И. Морозкину. В госпитале, развернутом в санатории на озере Медвежьем, использовали целебную грязь водоема и белую глину. Сапропетовую грязь озера Боляш использовали в санатории «Кисегач».

Почти 80 процентов раненых вернули в строй медики Южного Урала. Весомую лепту в это внес персонал Челябинского госпиталя № 1722, который возглавлял майор медсанслужбы П. М. Тарасов. Он в короткий срок сумел создать здесь дружный, преданный своему делу коллектив.

Госпиталь специализировался на лечении огнестрельных ранений нижних конечностей. Оперативное вмешательство при таких ранениях — дело сложное. Много значило профессиональное мастерство. Петр Михайлович, ведущий хирург госпиталя, в годы войны вернул к жизни более 1000 солдат и офицеров. Все они считались тяжелоранеными. Об этом подвиге напоминают ныне стенды музея Челябинской городской клинической больницы № 1. На нем экспонируется лишь небольшая часть осколков фашистских снарядов, извлеченных хирургом во время операций.

Так же самоотверженно отдавал себя выполнению благородной миссии весь персонал госпиталя. Военно-санитарные поезда прибывали и днем, и ночью, порой время в госпитале становилось понятием относительным. Операции начинались немедленно. Никого не удивляло, что врач, медсестры, санитарки по двое-трое суток не выходили из операционной. Это считалось нормой. Пока оперированного отвозили в палату, а другого больного готовили к операции, врачам удавалось немного отдохнуть. Невозможно перечислить, сколько сделали для спасения солдат хирурги Т. С. Мирющенко, 3. В. Плотникова, К. П. Борисова, Л. В. Панфилова, врач-ординатор Н. С. Тюрина. Им помогали фтизиатр А. Д. Усова, рентгенолог Е. А. Брилах, провизоры Р. Я. Абрамович и Л. А. Большакова, медсестра Д. П. Кутепова и другие.