Джин подскочила на кровати, разлепила глаза и успокоилась, когда различила в темноте силуэт Гермионы.

– Фух, ты вернулась. Мы волновались, где ты была? У тебя все в порядке? – девушка говорила быстро и эмоционально, - мы очень испугались, когда ты не вернулась через два часа после ухода, но решили не искать тебя, чтобы ты могла прийти в себя.

– Спасибо за заботу, Джинни. Я успокоилась и отлично себя чувствую.

Подруга внимательно всмотрелась в ее лицо: красные щеки, горящие глаза, растрепанные волосы, блаженная улыбка. И тут она догадалась.

– Кто он?

– В смысле? Кто он? – испуганно подняла взгляд.

– Ты вернулась под утро, вся светишься от счастья, видимо ты отлично провела время. И от тебя за три версты несет сексом. Так кто он? – в глазах Джинни зажегся свойственный ей интерес, и Гермиона сообразила, что допроса с пристрастием ей не избежать, - Признавайся, кому посчастливилось сорвать цветочек нашей недотроги? Мой брат пытался уломать тебя полгода.

– Ох, Джинни. Это было восхитительно. Я даже почти не почувствовала боли. Он такой опытный, был со мной таким заботливым и нежным. Прости, конечно, но с твоим братом я себя никогда не чувствовала такой защищенной, как с ним. – Гермиона даже не заметила, как снова погрузилась в воспоминания, в реальность ее снова вернула Уизли.

– Так кто он, этот твой герой-любовник?

– Я не знаю, – тихо-тихо прошептала Гермиона.

– Как это не знаешь?

– Чары невидимости, - и тут она рассказала всю историю, которая случилась в ванной старост. Джинни слушала очень внимательно, не перебивая, - … И вот теперь я жду, когда он наберется смелости и покажет свое лицо. Мерлин, я так хочу узнать, кто он!

– Даже я хочу знать, кто он, Гермиона. Судя по твоему рассказу этот парень просто мечта всех женщин. Нужно выяснить его личность. – решительно заявила Джинни, - если тебе понравился твой первый раз, а поверь мне, это обычно не самый приятный опыт. Я, например, после первого секса два дня мучилась, не говоря уже об адской боли во время акта. Так вот к чему я, может именно с ним ты будешь счастлива. Твои глаза давно так не светились, ты сияешь. И это только после одной ночи с незнакомцем. А еще он признался тебе в любви. Ох, загадочный поклонник – это так романтично!

– Стой, а вдруг он младше меня, а может он глупый. Или вообще со Слизерина!? – в ужасе воскликнула Гермиона.

– Ну-ка, успокойся! Во-первых, вряд ли он младше – не каждый старшекурсник так хорош в постели, как ты описала. Во-вторых, он не тупица – сразу сообразил как тебе помочь, поднять твою самооценку. И в-третьих, даже если он со Слизерина, не понимаю, что в этом страшного. Там наверняка есть нормальные ребята. А если он тебе все-таки не понравится, никто же не заставляет тебя бежать с ним к алтарю.

– Ладно, ты права. Не стоит себя накручивать.

– Вот и правильно. Ложись спать. Завтра поход в Хогсмид, будем выбирать платья на бал, мы же должны всех сразить наповал. Кстати, с кем ты теперь пойдешь теперь, после расставания с Роном?

– Не знаю. Я подумаю об этом завтра… - с этими словами она опустила голову на подушку, закрыла глаза и уснула. Джинни посмотрела на нее с улыбкой и сказала:

– Ты заслуживаешь счастья, Гермиона. Мы обязательно разыщем твоего принца, - и покинула комнату.

***

А в слизеринских подземельях в это время со счастливой улыбкой на губах засыпал Драко Малфой. Завтра он начнет строить планы по ее завоеванию, а сегодня он уже сделал все, что обещал: он успокоил ее, добился улыбки и, в конце концов, она ушла от него в замечательном настроении.

Драко проснулся рано в отличном расположении духа. Стоя под душем он размышлял о том, как себя вести с Гермионой теперь. Притворяться, что она ему неприятна, он после вчерашнего точно не сможет, но и выдать себя примерным поведением он пока был не готов. Нужно очень осторожно, постепенно убедить ее, что он не мерзавец. Вот когда она разглядит в нем человека, тогда и можно будет раскрывать карты.

Однокурсники были в шоке. Последний раз Малфоя в хорошем настроении они видели до войны, и то он никогда так не светился.

– Ты сейчас заискришь, Драко! – заявила Паркинсон на завтраке, - Что такого прекрасного случилось в твоей никчемной предательской жизни, что ты так счастлив?

– Ты последняя, с кем я буду откровенничать, Панси. С чего такой интерес? По-моему, это первая реплика от тебя в мой адрес с самого начала года. Тебя так беспокоит мое счастье? – Драко проговорил это лениво, безэмоционально, как будто ему все равно. Хотя, ему в общем-то и было все равно.

Панси хмыкнула – Праздное любопытство, - и продолжила есть.

Драко этого уже не услышал, потому что в зал зашла Гермиона в обществе рыжей пассии Поттера. Выглядела она невыспавшейся, но счастливой. Драко даже не заметил, что уставился на нее, как придурок. Оглянувшись, он проверил, не заметил ли кто его оплошности. Никто вроде… Драко вернулся к своей порции, стараясь часто не поднимать глаза на гриффиндорскую старосту.

– Что с Малфоем? – подвинувшись к Поттеру, спросил Рон.