– Начнем с простого.
– Шуршание и голос Махая.
– На кого работаешь?

– На Дворянское Собрание.
– Быстрый ответ.

– Не удивлен. Вот только объясни мне, почему церковники? С каких это пор дворня дружит с какой-то голытьбой?»

– Интересный фрагмент.
– Кивнул Махая.
– Продолжай.

– Вы нанесете дар-Кулим-Тагею визит уважения и заодно посетуете, что у него слишком жадные шпионы. Не может же такой благородный человек заставлять своих людей голодать вынуждая ради денег предавать и его. И кому! Церковникам! У вас в голове такое не укладывается.
– Махая и Хотран синхронно улыбнулись.

– Вполне. Вполне.
– Согласно кивнул прим-сион одобряя план своего помощника.

– А потом вы предложите отдать ему нур-Валата, все равно он ничего не знает, так как о его работе на Дворянское собрание было известно изначально. Но только после того, как вы все вытрясете из него об его работе на церковников.

– Это ему понравится.
– Согласился Махая.

– А потом поговорите о предстоящих учениях и о том, что Академия за свой счет привлекает наемников, чтобы они изображали атаку на город.

– Я понял.
– Перебил помощника прим-сион.
– Уверен, это сработает.
– Он поднялся из кресла.
– Приступаем. За мной конные дворяне, а ты организуй сионов и поручи кому-нибудь разобраться с наемниками.

– Думаю нур-Шого Прист должен справиться.
– Не задумываясь сообщил Хотран.

– Кто такой?
– Уточнил Махая.

– Бойкий паренек, работает в аналитическом отделе. Кобер не давал ему хода, а я за ним присматривал. Молод еще, но чуть понатаскать и думаю рекомендовать его на место начальника аналитического отдела.

– Хорошо.
– Поддержал решение помощника Махая и больше ни говоря ни слова скрылся в тоннеле Шага.Глава 25.

Коллир, где-то в подвалах особняка главы Торговой гильдии.

А нам все равно, а нам все равно,

Съели мы уже, волка и сову,

Делать нечего, в этот поздний час,

И поэтому, мы жуём траву.
– Мурлыкал я себе под нос продолжая перемалывать челюстями какую-то добытую из подушки траву. Безвкусную, естественно, трава, она и есть - трава. А все из-за того, что конспиратор из Антора, как из суслика электрик! Эта его тайная берлога может и хороша, вот только или ему консервирующий сундук бракованный достался, или я не знаю, на что он рассчитывал.

Когда мы вывалились из Тоннеля Шага в этом, кхм, помещении, размером чуть больше обычного платяного шкафа, Антор сразу вырубился оставив меня одного разбираться в обстановке. А обстановка оптимизма не внушала: уже упомянутый закуток, без входа и выхода, даже никаких тайных лазов поблизости нет, это я сразу проверил, скрючившийся на полу и пребывающей в безмятежной отключке Антор, да сундук. Ну как, сундук, сундук - громко сказано, так, железный ящик размером чуть больше ящика для патронов.

В упомянутом сундуке мною было обнаружено: шерстяные одеяла - две штуки, обычная легкая куртка - одна штука, к ней штаны - одна штука, литровая фляга воды - одна штука, кулек с заплесневелыми сухарями - одна штука, кулек с высохшим до каменного состояния мясом - одна штука, миска - одна штука, и - та-да! Маленькая, набитая травой подушка из заячьей шкурки - одна штука. Все! Ни тебе обуви, ни нательного белья. Даже запаса денег нет. Вот о чем он думал, когда этот «набор для выживания» собирал? Или сионы настолько суровы, что могут по снегу без ботинок и в одних штанах бегать? Зато с подушкой. Что-то сомневаюсь.

Поворчав для порядка пару минут я приступил к хозяйственным заботам. Первым делом заботливо закутал Антора в оба имеющихся одеяла и сунул ему под голову подушку. Одевать не стал, сам потом, как нибудь. Да и толку от этих тряпок, в них только летом по пляжу дефилировать. Потом, насыпав в миску сухарей и мяса, залил их водой, пусть отмачиваются. Антор что-то говорил про усиленное питание?
– Ну-ну. Не представляю, сколько он планировал на этих разносолах продержаться, тут одному мне на один присест не хватит. А нас двое. А я, между прочим, ничего не ел три дня - «Месье, же не манж па сис жур. Гебен мир зи битте этвас копек ауф дем штюк брод. Подайте что-нибудь бывшему депутату Государственной думы». И пить тоже очень хочется. Этот хоть из лужи на кладбище налакался. Суровый мужик, его даже глисты не берут.

Часов пять назад Антор просыпался, если так можно назвать его унылые шевеления, я заставил его съесть получившуюся бурду и он снова вырубился. А я ссыпал в миску остатки сухарей и мяса, залил это безобразие водой и, отняв у Антора, съел подушку. Хоть и наедался все спокойные деньки про запас, но нервотрепка последних дней плюс постоянные химические трансмутации энергии отняли много и сейчас мой непростой организм настойчиво требовал чтобы в него хоть чего-нибудь засунули. А то вдруг завтра в бой, а я утомленный. Вот я и рассудил, что заячья шкура, это не только подушка, но и так необходимые мне жиры, белки и углеводы. Выпотрошил её и съел. Вместе в шерстью.