— Ты разбудишь меня, если я усну?

— Непременно…

***

Камин давно потух. От угольков исходили тонкие струйки дыма, синие тона ночного неба окрашивали стены комнаты.

— Вай, ты спишь? — шепнул блондин. В ответ послышалось отрицательное мычание. Оба молча поднялись с кровати, высовывая ноги из-под одеяла. Вайолет в экстазе натягивала резиновые сапоги, глядя на улыбающегося Тейта. Ему тоже нравилась затея.

Адреналин заиграл в крови как только впервые скрипнула входная дверь. Тейт чуть не засмеялся, потихоньку потянув на себя большое кольцо, служившее ручкой. В коридоре было пусто и темно, лишь лунные блики играли на каменном полу. Было холодно, и Вайолет порадовалась, что на ней был вязаный кардиган. Тейта, казалось, ничто не брало: на юноше были хлопковые пижамные штаны и такая же тощенькая кофта с пуговками у горловины. Ох уж это мужское кровообращение!

Прикрыв за собой дверь, Вайолет почувствовала руку Тейта на своей, юноша уводил ее по коридору.

***

Казалось, они облазили весь замок, а попытки не захихикать и не привлечь внимание лишь подливали бензина в бушующее пламя из эмоций. Вайолет казалось, что сейчас сбывается ее мечта, но момент ускользает от нее, кончается слишком поспешно…

Обгоняя Тейта, Вайолет вдруг развернулась и закружилась, раскинув руки, окутываемая лунным светом.

— Вот бы сейчас все обрушилось как в «Падении дома Ашеров», и мы бы умерли… молодыми и прекрасными… — прошептала та и засмеялась от экстаза, наверное, немного громче, чем того требовала ситуация.

Тейт не хотел, чтобы Вайолет посчитала его нерешительным трусишкой, поэтому просто засмеялся, увлекаемый девушкой дальше по залам и холлам полуразрушенного замка.

***

The Kills - Future Starts Slow

Они бегали по этажам, задевали гордо возвышающиеся в полный рост рыцарские доспехи, роняли и ловили шлем, с ужасом на лице начиная тут же смеяться, зажимая рот ладонями, складываясь пополам от колик в животе, рассматривали вековые портреты герцогов и королей, обследовали, как казалось подросткам, «подозрительные» стены и ощупывали камни возле дверей дальних закрытых комнат, дергали за держатели факелов на стенах и вытаскивали корешки книг на полках гостиной, но никаких потайных ходов так и не обнаруживали, каждый понимал, что все это забава, но как же приятно было подурачиться, дать волю своим внутренним детям, которые, хоть и не успели еще перерасти в полноценных взрослых, но были уже на грани, как раз посередине… ведь так важно — подпитывать своих внутренних детей, иначе, без этой яркой энергии они и вовсе пропадут, зачахнут от боли и разочарований этого мира.

Вайолет помнила о легендах, рассказанных об этом замке, и, хоть и не верила ни в одну из них, но все равно надеялась, что даже если и встретилось бы им что-то сверхъестественное, то Тейт бы обязательно ее защитил, был бы с ней рядом и ни за что не бросил бы. Возможно конечно, что все это детские наивные фантазии, но как приятно иногда помечтать о чем-то, что дарит покой в душе.

Порой был слышен волчий вой, одна особь замолкала, подхватывала вторая, а в расщелинах лестничного проема было отчетливо уловимо завывание ветра. Взбираться на третий этаж было нервозно, не столько из-за таинственной обстановки, сколько из-за узкой винтовой лестницы, готовой, казалось, обвалиться в любой момент. Огромный холл украшала зияющая прореха в стене, на ветру дрожали тряпки, накинутые на средневековую люстру, что болталась на скрипящей цепи. Диск луны скрывала толстая пелена, а если запрокинуть голову, найти запад и подождать, пока серые облака сдвинутся с места, то можно было полюбоваться россыпью звезд — редкими гостями суетливых мегаполисов.

Можно было до рассвета исследовать полуразрушенный этаж, но Тейт начинал волноваться за Вайолет, которую так и тянуло к дыре в стене. Как бы сильна не была ее вера в то, что все истории и призраках — бред, но всем, даже скептически настроенным людям хорошо известно о необъяснимой тяжелой энергетике старых мест, особенно тех, в которых кто-то умирал. Вайолет то так, то сяк подбегала, приближалась и кидала взгляды в сторону бреши, пару раз даже подходила к краю, глядя на спокойную озерную гладь, на нежно-розовые кустарники спиреи, высаженной вдоль стены замка, Тейта каждый раз словно током шибало, тот кидался к девушке, словно к маленькому ребенку, которому требовался зоркий глаз, а Вайолет лишь смеялась и убегала, отбрасывая хрупкие тонкие тени на потертые, видавшие виды каменные стены…

Вайолет и сама казалась Тейту призраком, недосягаемым миражом, к которому можно приблизиться, но нельзя дотронуться. Пробегая за ней по очередному полутемному коридору, он смотрел за ее волосами, рассыпающимися пепельными прядями по светлой кофте, наблюдал, как колыхались края ее белой ночной длинной рубашки. Возможно, именно одежда рождала такой образ, раз черных сапог не было видно, и создавалось впечатление, что она парит, вовсе не идет. Вайолет и правда казалась ему ангелом, казалась слишком чистой для него, для того, чтобы ступать по этой грязной, загноенной пороками, злобой и агрессией земле.

На нижнем этаже, за поворотом, между колонной и небольшим окошком было пространство. Что-то переклинило, и Тейт рискнул, схватил Вайолет за руку, привлекая к себе, пристраивая ее тельце в этом закутке. Вайолет давались лишь тяжелые вдохи, от бега и адреналина сбилось дыхание. Ее личико, казавшееся призрачно-белым, словно туман, и было высоко задрано, его глаза тонули в ее. В таких живых, в таких умных и понимающих. В таких красивых глазах.

— Знаешь, что меня поразило?

— Нет, не знаю, — легкая улыбка на ее губах завораживала. Казалось, ей нравилась ситуация, словно она ожидала от него этого поступка весь вечер.

— Твое поведение на охоте. Ты ни разу не колебалась, ни разу на твоем лице не промелькнула и тень сомнения. То, с каким рвением и уверенностью ты спустила курок. Ты убила живое существо без капли раскаяния… — шепот Тейта был наполнен страстью и боготворением, словно он поклонялся ей, как раньше почитали божественных существ, принося им жертвоприношения.

Вайолет залилась улыбкой, грудь все еще вздымалась и опускалась. Она никак не могла отойти от бега. Тепло исходило от Тейта, а от того места, где рука сжимала талию, распространялся жар. Вайолет вновь подняла взгляд. Он смотрел на нее так интенсивно и сосредоточенно, словно искал какой-то ключ, разгадку какой-то тайны. От этого взгляда становилось не по себе, хотелось выдохнуть, но словно ком застрял в горле, и она попыталась отвернуться, но Тейт запустил ладонь в ее волосы, мягко удерживая ее голову на месте, склоняясь до тех пор, пока вновь не поймал ее взгляд. Кожа приятно покалывала под касаниями его пальцев. Тейт медленно облизнул губы, зачарованная, Вайолет зеркально повторила действие. Еще какая-то доля секунды, потраченная им на попытку рассмотреть хоть один процент сомнения, и, прикрывая глаза, она наконец-то чувствует легкое касание его губ на своих. Сердце словно сделало один большой скачок вдоль всего тела и вернулось на место, тепло мгновенно разлилось по венам. Не зная, куда деть руки, Вайолет подняла их к плечам юноши, его руки так и продолжали сжимать талию и массировать голову, приятно зарываясь в волосы. После первого пробного касания губ Тейт замер, чуть отстраняясь, заглядывая в ее лицо. Вайолет растерянно глядела перед собой. Тейт улыбнулся, снова склоняясь над ней. Касания губ стали более настойчивыми, Тейт улыбался, чувствуя, как колотится ее сердце. Вайолет втягивала воздух, но не дышала в привычном понимании слова, боясь, что если она хотя бы попытается пошевелиться, то все исчезнет. Его губы были такими мягкими и теплыми, а действия такими отточенными, он точно знал, что и как надо делать.