Внезапно я скорее ощутил, чем увидел, как в мою сторону летит кунай. Рефлексы не подвели, я легко ушел с траектории его полета, но вот я никак не думал, что противники и не стремились попасть по мне. Они добивались другого, уже не знаю, кто надоумил их прикрепить к рукоятке кунаев печати для хранения вещей, но это и не важно. Главным можно считать то, что в момент, когда кунай пролетал мимо меня, печать сработала, и меня окружило облако какого-то порошка. Привычка не закрывать глаза ни при каких условиях, чтобы враг не смог застать врасплох, сыграла со мной злую шутку: порошок попал в глаза, и я ощутил чудовищную боль, с которой не смог справиться мгновенно.

Небольшая заминка из-за нее была использована противником на максимум, только вбитые в тело рефлексы позволили мне уйти от первых двух ударов, зато третий я пропустил. Однако я смог свести повреждения к минимуму, и клинок задел меня вскользь, правда, это не меняло тот факт, что продолжать полноценный бой я уже не мог. Чудо уже то, что я смог столько времени отражать нападения не только на себя, но и на Гаару. Удача дама ветренная, и, видимо, вскоре мне придется вкусить, насколько это определение верно, сознание внезапно стало меркнуть, похоже, тот порошок был не так уж и прост. Прежде чем мое сознание полностью погасло, я успел заметить золотистые волосы и почувствовать, что меня кто-то подхватил. Последней мыслью было: «Черт! Я опять не сдержал своего обещания».

Через какое-то время сознание вернулось резко, и я поторопился открыть глаза. Зря, стоило их раскрыть, как боль резанула по нервам, и только успокаивающее тепло, что лилось с рук клона Наруто, помогало мне остаться в сознании. Впрочем, провел я так немного времени, вскоре клоны развеялись, и я встретился с обеспокоенным взглядом оригинала. Пытаюсь ее успокоить, но получается из рук вон плохо. Именно поэтому следует проверка на то, как я вижу, не двоится ли у меня в глазах, а после она с помощью силы Курамы приводит мои глаза в относительный порядок. В результате новые вопросы, на которые никто не собирается давать ответы, и попытки отвлечь внимание Обито, приправленные моими не совсем удачными попытками встать.

Не скажу, что мы смогли перевести разговор, но вот то, что узнали о судьбе своих матерей, уже неплохо. Я искренне порадовался, что они обе в порядке, хоть что-то идет хорошо. Впрочем, меня не устраивало то, что Обито вновь начал задавать не самые удобные вопросы, попутно не выпуская из захвата Наруто, хотя, если судить по ее трепыханиям, и не причиняя ей особой боли, но вот то, что они были не совсем приятны, так это точно. Правда, возмущение на счет его вызывающего поведения не помешало мне принять от него помощь, заключающуюся в передаче чакры. Общее состояние мгновенно стало лучше, и я уже без труда смог стоять, а глаза мне Наруто подлечила еще раньше. Впрочем, даже после всех этих манипуляций я понимал, что мое зрение не вернется к прежнему состоянию просто так и в идеале стоит еще пару дней не использовать Шаринган, но думал я так не долго, ровно до того момента, как посреди Конохи не вылез Сайкен.

Рокуби спутал нам все карты, и мне пришлось действовать максимально быстро, выводя и Гаару, и Шукаку из состояния сна. Остается радоваться, что снять свое гендзюцу мне куда проще, чем создать новое, поэтому в себя что Гаара, что Шукаку пришли быстро. Второй радостью для меня стало то, что соклановцы моей невесты оказались достаточно расторопны и теперь биджу окружал мощный барьер, только вот долго ли он продержится? Видимо, Наруто разделяла мои опасения, а еще она была свято уверена в своих возможностях, поэтому вопрос, идем мы туда или нет, даже не стоял (она бы все равно полезла, а я за ней). Как итог, спустя пару минут мы стояли в ближайшем к Рокуби месте, перенесенные Камуи Обито прямо в гостеприимные объятья дяди моей невесты.

Естественно Акайо-сама был не в восторге от появившихся непонятно откуда нас. Возмущение его было понятно и мной мысленно поддержано, я даже пожалел, что моего родственника спасла своевременно вмешавшаяся Наруто. Впрочем, спустя несколько секунд мое внимание отвлекает грохот от так и не успокоившегося Рокуби, и я стараюсь не вмешиваться в чужой разговор, но все же с тяжелым вздохом соглашаюсь с тем, что у нас шансов больше против биджу, чем у остальных. Осталось донести до Главы Клана Узумаки то, что для нас уже давно очевидно.

Мои слова возымели вполне ожидаемый эффект, и будь я помладше, без многих лет странствий и лишений, мог бы и не выдержать чужого давления. Ки Акайо-сама впечатлял, не зря он стал Главой Клана Аловолосых Дьяволов. Впрочем, вопрос Наруто о свойствах сдерживающего движения Рокуби барьера смог его отвлечь, но вот не разрядить ситуацию. Меня не обманул обманчиво спокойный тон, я слишком хорошо знал ее способности, поэтому, когда она закусила губу, я поинтересовался в чем дело и получил вполне ожидаемый ответ.

— Мне нужен контакт с чакрой объекта, чтобы проникнуть в его подсознание, — с надеждой оглядываясь на меня, отозвалась Наруто, и я с пугающей ясностью понял, что внутрь барьера я ее не пущу. Слишком разбушевался Рокуби, и будь она хоть сто раз наследницей силы Ашуры, но от плевка с кислотой это ее не спасет. Следовательно, пора взять себя в руки и показать, что мой Клан не зря считают сильнейшим, да и я не зря столько тренировался, я должен быть ей полезен. Гендзюцу мой конек, а Шисуи-сан многое рассказал мне про Тсукуеми.