Фай вышел из укрытия и направился к Джусику, все еще с бластером наготове. Парджа прикрывала его. К его разочарованию, ни один из ЭРКов не размахивал оружием.

— Если пришли в меня пальнуть — валяйте. — сказал Джусик. Фай подумал, что это какая — то его хитрая уловка, но потом до него дошло, что тот был серьезен; Бард'ика торчал на месте, словно мишень, словно напрашиваясь на то, чтобы стать мучеником. — Если вам от этого будет легче — валяйте.

Фай встал перед ним.

— Прекрати, Бард'ика!

— Фай, или я верю в то, что делаю — или нет.

Спар стянул шлем.

— Убедительно говоришь, джедай.

— Сейчас я не джедай. Но я им был, и потому часть вины лежит и на мне.

Спар сунул бластер в кобуру и то же самое сделал Сулл. Фай не двигался. Парджа подошла и отодвинула его.

— Что, какие — то проблемы? — резко спросила она, хмуро глядя на двоих дезертиров. — Сливайте свой тестостерон в другом месте. Вы не знаете даже, что такое быть мэндо'аде. Но если вам так хочется урока — я вам его устрою. Мало просто напялить бескар'гам.

— Как вы нас нашли? — спросил Джусик

— Ты летаешь на таком истребителе — и ты привлекаешь внимание. — ответил Сулл. — В следующий раз старайся парковать его в тихом месте.

Джусик вcкинул руку чтобы прервать Фая еще до того, как Фай подобрал слова, и это было как раз вовремя.

— Хорошее замечание нер вод. Я был беспечен. Что вам от нас нужно?

— Мы слышали, что Скирата кое — чем занимается.

— ЭРКовские сплетни, да?

— Это правда? Он может остановить наше скоростное старение?

— Пока еще нет.

— Значит правда, что он пытается.

— Если ваши сплетни такие подробные — вы знаете ответ. И вы знаете, что он поможет любому дезертиру.

Сулл взглянул на Спара.

— Он помог тебе сбежать с Камино?

Спар лишь поднял бровь.

— Он отличный старый барв.

— Мы хотим присоединиться. — заявил Сулл. — Как мы можем его увидеть? Он набирает рекрутов?

— На «Агрессоре» место для восьми. — Джусик показал через плечо на истребитель.

— Мы направляемся на Корускант. Если хотите поработать — у нас есть куча работы для заскучавших ЭРК пехотинцев.

Джусик был безумно доверчив. Фай хотел схватить его за плечи, потрясти, и объяснить ему, что он не может просто вывалить на Кэл'буира — или на Ордо — двух беглых дуболомов из Альф. Но что бы там Джусик ни высматривал в Силе — обычно это срабатывало.

«Разве что Сила не напомнила ему, что нам пора камуфлировать технику, Даже здесь, даже на Мандалоре.»

— Ладно. — сказал Сулл. — Пошли.

Джусик распахнул шлюз и указал им на маленький грузовой отсек. Парджа, чуть опустив голову и положив руки на пояс, слегка толкнула его локтем. Теперь, когда Фай стоял на грани расставания, перспектива разлуки с ней больно ранила его. Ему не хватало его братьев, он чувствовал себя бесполезным, и он хотел вернуть что — то из своей прежней жизни… но он так давно мечтал найти подружку.

«Я неблагодарный наглец. Я получил, что хотел, а потом я забываю каково это — остаться одному.»

— Ну, я же говорила, что тебя стоит чинить; вот мы с Джусиком тебя и починили, так что… — она выглядела смирившейся. — Хочешь я соберу тебе еды?

— Только не больше рюкзака.

— Будь осторожен.

Фай был чуть разочарован тем, что она не просила его остаться. Наверняка именно так и поступают мандалорианские женщины: пока их мужчина где — то далеко они стиснут зубы и будут ждать; если только они не отправятся сражаться сами. Они не будут устраивать скандалов и делать расставание еще тяжелее.

— Ты же знаешь что я люблю тебя. — сказал он. Шаб, он не мог вспомнить слов контракта. Ему придется доставать деку. — Выходи за меня замуж. Сейчас.

Парджа все еще была в своей рабочей одежде, заляпанной смазкой, с оттопыренными инструментами карманами. Она вытерла ладони о штаны и протянула ему руку для рукопожатия в мандалорианском стиле — рука к запястью. Фай принял ее.

— Ты знаешь слова, Ф'ика?

— Прочитать смогу.

— Хорошо. — ответила Парджа. — Мы прочтем их вместе.

Она смотрела ему в лицо. Он обнаружил что может повторять ее слова лишь с небольшой задержкой, и вместе с ней справился с произнесением клятвы, не заглядывая в свою деку.

— Ми солус томе, — сказала она, и он присоединился к ней. — Ми солус дар'томе, ми ме'динуи ан, ми ба'джури верде.

Это была очень простая клятва. Контракт, в своем роде, деловая сделка: «Мы едины вместе, мы едины в разлуке, мы разделим все, мы вырастим воинов.»

Не было ничего иного о чем стоило бы говорить.