А в один прекрасный день ей в руки попалась бессмертная книжка Джоан Роулинг о приключениях мальчика со шрамом на лбу. И это был шок.

Ведь она помнила себя Гермионой. Не забывала об этом никогда. Но колдовать без палочки не умела, а в одиннадцать лет сова с письмом к ней так и не прилетела.

С тех пор она наизусть помнила каждую букву из этих десяти книг, пересмотрела все фильмы по ним по ..надцать раз, перечитала моря фанфиков и тосковала…

По своей волшебной жизни. По Хогвартсу. По своему первому и, возможно, единственному другу Гарри. Смешному мальчишке, который не дразнил её заучкой, не доводил до слёз и даже не побоялся заслонить собой от тролля.

Но все это осталось там. Где-то за пеленой сна.

Кто ты: мудрец, которому снится, что он бабочка или бабочка, которой снится, что она мудрец, видящий сон про то, что он бабочка?

И однажды она вдруг снова проснулась в своей кровати, в спальне девочек в башне Гриффиндора. И точно помнила всю свою жизнь, как Кати из далёкой России.

А главное все десять книг канона и море фанфиков по ним. Так же прекрасно помнила и содержание сайта писательницы “поттермор” с разъяснениями и дополнениями по миру поттерианы.

И, вернувшись домой, начала действовать.

Вот только с чего начать? В фанфиках про попаданцев все такие крутые и деятельные! Идут к гоблинам или в Лютный. Направо и налево размахивают палочкой, и Министерство ничего не замечает.

Вот и Гермиона пошла к гоблинам. Вот только дальше кассы обмена валют пройти не смогла. Гоблины, как оказалось, говорят только на языке силы или на языке денег. А у Грейнджер ни того, ни другого не было.

В Лютный ей уже хватило ума не соваться.

Реальность оказалась не такой весёлой как в фанфиках. Что вообще может маглорожденная ведьма одиннадцати лет в Магическом мире? Другими словами соплячка-грязнокровка без связей, денег и влияния? Очень и очень мало. Да она на Косую аллею-то без сопровождения пойти не могла!

А “супер-знания” из канона… Тетушка Ро писала детскую книжку! Это значит, что информация о мире там поверхностна, отрывочна, неполна и крайне упрощена. Пользоваться ей для свершения сколь-нибудь серьёзного дела очень опасно.

Из канона Гермиона помнила, в каком ужасном положении был в это время её друг Гарри, но как ему помочь и не сделать при этом хуже не представляла.

Поэтому сосредоточилась на другом: сделать деньги. И в этом оказалась неплоха. Благо биржевыми сводками и финансовым рынком она в той своей жизни интересовалась. И имела идеальную память. А главное история этого и “того” мира практически не отличались.

Некоторых трудов стоило убедить отца, что стоит ей доверять финансовые решения. Но демонстрации её знаний из области математического планирования и анализа рынка, плюс три-четыре мелких сделки, увенчавшихся финансовым успехом, ей в этом помогли.

Но Грейнджеры хоть и были людьми по меркам Великобритании обеспеченными, всё равно не могли выделить сумм серьёзнее двух-трёх тысяч фунтов на игры с финансовым рынком. Так что дело обогащения хоть и двигалось, но с таким стартовым капиталом, миллионы на горизонте ещё не маячили.

А потом написал ей письмо Рон Уизли, в котором рассказал о результатах своей “спасательной” экспедиции к дому Дурслей.

После первого прочтения Гермиона подумала, что разучилась читать по-английски. После второго прочтения - что Рон окончательно рехнулся на почве зависти к Поттеру. После третьего, решила сама съездить и посмотреть.

Вызвала такси, назвала адрес и через сорок минут была на месте. Реальность отличалась от канона разительно. Гарри не был забитым. Он был один в доме и свободно в нем распоряжался. У него в подвале был навороченный по последнему слову магической мысли заклинательный зал, и весь дом накрывала стационарная защита, не позволявшая Министерству отслеживать творимое внутри колдовство. Сам Гарри, казалось, повзрослел за эти месяцы, что прошли с окончания учёбы, лет на пятнадцать.

Он и раньше на каноничного Мальчика-который-выжил походил мало. Точнее походил, но не во всём. Он был спокойнее. Значительно спокойнее того забитого истерика, что описан в первой книге.

Он был спокойнее, намного уравновешеннее и никогда не паниковал, даже в самых сложных ситуациях. Собранный, спокойный и открытый - таким был её друг Гарри на первом курсе.

На подначки Снейпа почти не реагировал (было видно, что они ему неприятны, но при этом совершенно его не задевают), от Филча в ночном Хогвартсе уходил виртуозно, с Малфоем почти не ругался (с Малфоем лаялся Рон Уизли, Гарри просто не позволял его морально и физически задавить), но при этом не любил толпы и сторонился шумных компаний. При всём он оставался ребёнком. Весёлым, любознательным, восхищённым и очарованным Магическим Миром. Но ребёнком.