Я ещё раз всхлипнул и громко высморкался в любезно предоставленный мне носовой платок.

— Спасибо, что выслушал. Я поеду уже домой, пожалуй, — кое-как выдавил из себя я.

— Думаю, ничего страшного не случится, если я подвезу тебя.

Я только кивнул.

Алкоголь и стресс сделали свое черное дело: я едва смог доползти до кровати, после чего благополучно отключился.

_____________________________

Это только говорится, что у депрессии есть внешние проявления. На самом же деле человек может страдать глубоко внутри, внешне оставаясь невозмутимым. К тому же, те, кто нас окружает, настолько заняты своими собственными проблемами, что попросту не замечают, когда с нами что-то не так. Даже самые близкие люди, порой, оказываются слепы, когда дело касается нашего внутреннего состояния.

Во многом муки общения с Женей и её семьей помогала перенести мне сестра. Аня взяла на себя все хлопоты по устройству свадьбы, а уж то, как они замечательно ладили с Женей, вполне достойно отдельного описания.

На фоне свадебных приготовлений перемены, произошедшие во мне, были незаметны.

Я старался по возможности избегать встреч и общения с Олегом, и мне нередко это удавалось, при вынужденных столкновениях с ним я старался держаться холодно и отстраненно. А потом срывался: заезжал в ставший таким родным бар, где меня неизменно ждал Аристарх, и напивался.

_____________________________

— М-м-м… что-то случилось? – я бросил выразительный взгляд на стакан с виски в его руках.

Аристарх в ответ пожал плечами:

— Чтобы выпить, мне не нужно искать повод. Тем более, я слишком устал. Иногда даже мне требуется отдых.

— Мда-а? Ну, значит, в этот раз я подвезу тебя до дома, — я усмехнулся и залпом выпил стакан яблочного сока.

Жил Старх довольно далеко отсюда. В старом, но, как было видно сразу, престижном районе.

— Спасибо, что подвез, — не успел я и глазом моргнуть, как он мягко, но властно поцеловал меня. Поцелуи у Старха были такими же, как он: неторопливыми, даже обстоятельными, с привкусом дорогого виски.

— Зайдешь на чашечку чая? – улыбнувшись, спокойно поинтересовался он. А я запоздало понял, что он был не так уж пьян.

— Если только мы действительно отграничимся чаем, — отвернувшись, пробормотал я.

— Обещаю, — он потрепал меня по волосам и выбрался из машины.

_____________________________

Утро красит нежным светом… Я резко сел на постели. Рядом на тумбочке голосил мобильник, а сам я находился в чьей-то спальне.

— Да? – я все-таки рискнул взять трубку.

— Где тебя черти носят? – с места в карьер рванул Олег. Голос у него был неоправданно злой и рассерженный.

— Где-где… у друга ночевал. И вообще… чего ты так орешь-то? – поморщившись, буркнул я. Это было не то начало утра, что я себе представлял.

— У друга? Ну-ну, – в его голосе снова проскользнула та же, что и тогда в машине, непонятная интонация. – Нам надо сегодня посмотреть несколько банкетных залов.

Я хлопнул себя ладонью по лбу: ну какой же я растяпа!

Почти смирившись с неизбежной свадьбой, я взялся за свои обязанности жениха со странным мазохистским удовольствием. Зато Женя была довольна тем, что я включился, наконец, в процесс подготовки к самому важному в жизни событию.

— Понял. Буду минут через сорок. Встречаемся возле свадебного салона?

— Ага. Жду, — ответил он и отключился.

Я же с тяжелым вздохом упал обратно на подушки.

— Может, чаю? – в комнату заглянул Аристарх. Он был одет в домашний халат, а в руках он держал большую чашку.

— Нет-нет, ничего не надо! Я сейчас соберусь и поеду в салон.

Он кивнул и, прежде чем выйти из комнаты, насмешливо бросил:

— Подвезти?

_____________________________

Когда мы подъехали к свадебному салону, Олег уже ждал меня на улице.

— Спасибо, что подвез… а ещё подожди минуточку, — я принялся увлеченно рыться по карманам, после чего извлек на свет божий помятое приглашение.

— Я буду очень рад, если ты придешь, — в моем голосе слышалась неприкрытая грусть, а он неожиданно мягко сжал мою руку и серьезно произнес:

— Ничего страшного не случится, если ты передумаешь. Во всяком случае, я постараюсь тебя поддержать.

Я слабо, но искренне улыбнулся ему и ничего не ответил.

Помешала вставшая комом в горле горечь.

Я и не думал, что настолько трудным окажется пребывание рядом с Олегом. Я не имел права к нему прикоснуться, ведь даже легкое касание руки могло быть расценено им как призыв к чему-то… чего он совсем не хотел. Но никто не запрещал мне смотреть на него. И я смотрел украдкой, когда, как мне казалось, он не мог этого заметить.

Я скучал по нему. По его голосу, шепчущему всякие глупые нежности. По его редкой улыбке, по его поцелуям, из-за которых на коже расцветали огненные цветы. Я скучал по нему, а он… он был слишком далек и недостижим для меня.