Как только лифт остановился, и двери открылись, я оживилась и была рада тому, что ждет меня впереди: счастью. Я выпрямилась, встряхнула головой, чтобы избавиться от ненужных мыслей, и приветливо улыбнулась новой жизни. Тим, швейцар в нашем доме, улыбнулся мне, когда я проходила мимо него. Раньше я всегда ходила с низко опущенной головой и никогда ни на кого не смотрела.

— Мисс Рейнольдс вы выглядите, как совершенно другая женщина, такая красивая и счастливая.

Моя улыбка стала только шире от приятных слов.

— Да, Тим, я и правда чувствую себя так. Сегодня первый день моей новой счастливой жизни.

Он понимающе кивнул.

— Я очень рад видеть вас такой счастливой. Вы это заслужили, мисс Рейнольдс. Я надеюсь, вы сможете найти свое счастье подальше от этого места.

Я остановилась и посмотрела на него очень внимательно, немного шокированная его ответом.

«Сколько же человек знало?»

Я тепло улыбнулась и кивнула ему, перед тем как развернуться и выйти к новому грузовичку Кортни.

После того, как я забралась в него и закрыла за собой дверь, она улыбнулась мне счастливой и широкой улыбкой.

— Вот и отлично, детка. Ну что, ты готова к поездке в наш городок?

Я стала смеяться, и она протянула мне диетическую колу. Подняв свою баночку, Кортни начала говорить тост:

— Пьем за то, чтобы оставить позади все прошлое и начать новую счастливую и свободную жизнь. Забываем всех идиотов, которые не могут разглядеть, какое перед ними сокровище, когда они на него смотрят и держат его в своих руках.

— Аминь. Да будет так! Я покончила с тем, чтобы со мной обращались, будто я ничтожество, потому что я все-таки что-то из себя представляю!!

— Черт, детка, конечно же, представляешь! Мы здесь закончили?

Я весело кивнула.

— Да.

Я взяла iPod Кортни и нашла там песню, которую загружала ей примерно шесть месяцев назад. Когда она поехала, я нажала кнопку «воспроизвести», и песня заиграла.

Кортни посмотрела на меня и сказала:

— Точно, да!

Мы стали подпевать песне, Carrie Underwood — Undo It, и я никогда не чувствовала себя настолько свободной и счастливой, чем сейчас, когда мы ехали по дороге в мою новую счастливую жизнь. Мы заметили, что люди из проезжающих мимо машин махали нам и улыбались. Кортни махала им в ответ, подпевая нашей новой любимой песне, которая была сейчас как раз в тему моей жизни.

— Вау!! Кто знал, что жители Нью-Йорка могут быть настолько дружелюбными? Подпевай, Уит!

Когда мы проезжали по дороге, ведущей к дому моих родителей, все больше и больше людей сигналили нам и махали руками.

— Боже мой, они ведут себя так, будто никогда не видели двух сексуальных красоток, которые едут в грузовике и громко поют песни! — сказала Кортни, рассмешив меня.

Затем она посмотрела в зеркало заднего вида и закричала:

— Вот, дерьмо!

Затем она съехала с дороги на обочину, и припарковав грузовик, посмотрела на меня и громко засмеялась.

— Что? Что такого смешного, Корт? И почему мы съехали с дороги и остановились тут? Поехали. Чем дальше мы будем от него, тем лучше.

Она повернулась ко мне, и в ее глазах были слезы.

— О, боже мой! Кортни, ты смеешься или плачешь?

Она, наконец, успокоилась и взяла себя в руки, чтобы сказать мне, в чем же дело:

— Уит, все эти люди сигналили и махали нам, потому что хотели сказать, чтобы мы закрыли заднюю дверь грузовика, так как у нас уносит ветром вещи оттуда.

Я повернулась и посмотрела на заднюю дверь, заметив, что прокладки и тампоны валялись повсюду. Я повернулась и наклонила голову к Кортни, и мы обе начали громко смеяться.

— О. БОЖЕ. МОЙ! Мои прокладки и тампоны вылетали из грузовика, пока мы ехали!

Мы посмеялись, наверно, еще минут пятнадцать, закрыли заднюю дверь и поехали дальше. Когда Кортни пыталась вернуться в поток машин, она сказала мне:

— Это хороший знак, настали счастливые времена. У нас все будет отлично!

Мы опять начали вспоминать то, что произошло с нами, и смеялись почти всю дорогу до северной части штата Нью-Йорк.

Лейтон

Я остановился немного дальше, чем находился бар «У Джо», припарковал машину и заглушил двигатель. Я не был уверен в том, что именно чувствую насчет встречи с Кевином. Он был и будет живым напоминанием того, что случилось с Майком. Я уронил голову на руль и просидел в таком положении на протяжении пары минут, мне нужно было время решиться на встречу с ним.

«Черт, Майк. Почему ты покинул меня, брат? Ты мне обещал, что с тобой ничего не случится. Ты обещал, ты же обещал мне, Майк…»