И озадаченно усмехнулся, удивившись собственным мыслям.

– Ахой, - сказал маленький рыжеволосый мальчик.
– Я даже не очень знаю, как себя вести, когда машина смеётся.

– Да, собственно говоря, так же, как и в случае, когда смеётся кто-либо другой - как обычно, - пожала плечами Ая.
– Хуже, если машина плачет.

Девочка, до этого внимательно разглядывавшая насупившегося Мэтта, встрепенулась и подняла зелёные глазёнки на Бенжи:

– Но ведь машине нечем плакать?

– Нечем, - согласился Бенжи.

Девочка была так похожа на Аю, что будь ему чем плакать, он бы заплакал.

– Кхм... Ну, что ж, - подал голос один из близнецов.
– Все причастные лица в сборе, так что, видимо, можно начинать.

Реализаты и маленькие морфы переглянулись - начинай: личное присутствие ни для кого из них не было обязательным.

– Кхм, - вслед за первым прокашлялся и второй близнец.
– Как представитель расы людей, обладающий даром телепатии, и, вследствие этого, наделённый должностным правом принятия решений, официально заявляю - планета Земля в лице Генерального комитета Организации объединённых наций и планета Хаффа в лице её представителей, в дальнейшем именуемые Сторонами, выражают желание развивать отношения, основанные на взаимном уважении, и отмечают необходимость долгосрочного сотрудничества. Сотрудничество между сторонами заключается в следующих формах...

Близнец оглядел присутствующих, и под этим задумчивым взглядом неожиданно для себя самого Бенжи внезапно понял, что в произнесении решения вслух нуждаются только Аины родители, Мэтт, и, к большому его сожалению, он сам.

– Консультации и рабочие встречи между Сторонами в течение одного местного астрономического года, проведение конференций, семинаров и симпозиумов по актуальным для Сторон темам, а также, по истечению вышеуказанного срока, взаимный обмен несовершеннолетними наблюдателями.

– По согласию сторон могут развиваться и другие формы сотрудничества, - нежным детским дискантом сказала девочка-морф.

– Безусловно, - улыбнулся ей молчавший до этого Роберт, и улыбка его вышла скорее волчьей, чем человеческой.
– Направляющая сторона, принимающая сторона... А, может, хватит высиживать не пойми что, как высиживают веками эти скорбные головою? Мы с Джошем хотели бы пригласить фройляйн на Альфу.

Джош задумчиво потёр кончик носа, скосил глаза сперва на Роберта, затем на девчушку и сказал, обращаясь не столько к нему, сколько к ней:

– Дада, ровно неделю назад мы проспорили до хрипоты всю ночь на тему о том, зависят ли значение и смысл различных знаковых форм - да и вообще сама идея 'обозначения' - от различий в способах взаимодействия существа с миром. Так что, для начала, если бы Вы согласились принять предложение и посетить нашу скромную ярангу, мы все могли бы считать это конференцией по актуальной для обеих Сторон теме. Или семинаром. Как Вам больше нравится.

– С удовольствием, - ничуть не смутившись, басом ответила крошка.

Бенжи торопливо оценил быстро меняющиеся вводные данные и развернулся к близнецам:

– Надеюсь, в свете последних событий процедура регистрации моего челнока как частного судна пройдёт и проще, и в более сжатые сроки?

– Да.

Андроид оглядел присутствующих и на секунду почувствовал себя если и не реализатом, то, по крайней мере, временным центром тяжести:

– Тогда я бы хотел предложить свои услуги.

36. 2330 год. Альфа.

Ая проснулась в ужасе от того, что дом двигался.

Движение было чуть заметным, слабым - слегка покачивалось висевшее на стене в углу бра, стилизованное под навесной уличный фонарик, еле видимое в темноте на рыжей стене.

Тело среагировало быстрее головы и подняло дыбом всё, что могло считаться волосами. Ужас накатывал волнами - не только голова, но даже руки и спина пытались поднять дыбом растущий на них пушок. У тела почти не было веса. Воздух начал реализовываться в большое, холодное, живое одеяло, сгустился у кровати, мешая дышать, и трогал Аю за плечо. Проснись, Ая! Проснись!

Самым странным в этом кошмаре было то, что спавшая с ней под одним одеялом и гревшая её чёрная длинноногая кошка тоже проснулась, но только спокойно и недовольно - потянулась затёкшими тонкими лапами, муркнула и перевернулась на другой бок.

Дом по-прежнему качало. Он полз. Ужас леденил Аино тело. Она слышала плавный ход дома, дёргалась в держащих её невидимых липких лапах и пыталась поднять голову. Показать, что не спит. Больше не спит.

В закрытую дверь колотили - дверь ходила ходуном, за дверью была паника. И внутри у Аи, в душе, тоже была паника. Она вдохнула поглубже, вцепилась руками в кровать, изо всех сил пытаясь повернуть вспять реализацию. И воздух у её кровати умер.