И протянул мальчику найденный в кармане хлеб:

– Не хочешь покормить птиц?

Нет, покачал головой мальчик.

– Но ты не похож на бабушку. У тебя голос другой, - сказал он.

– А я и бабушкиным голосом тоже умею. Бабушки бывают разные, - выдал Лукаш низким женским контральто и, разломав хлеб надвое, кинул его подскакавшим воронам.

– Но ты всё равно не похож на бабушку, - сказал мальчик.

С липы сорвался и, откружившись, лёг ему на коленки влажный жёлтый лист.

Мальчик улыбнулся, показывая маленькие острые зубки, и Лукаш в ответ многозначительно поднял бровь:

– О! Такой маленький, а уже такие большие зубы...

– У меня не большие зубы, я же не крокодил, - обиделся мальчик.

– А кто?

– Человек. У меня и фамилия есть.

– И имя есть?

– Есть.

– И как же тебя зовут?

– Карел Гавранек.*

– И что ты сегодня делал, Карел?

– Я сегодня вышел из дома и сюда пришёл, - сказал мальчик.
– Бегал, падал, бегал, падал.

– А падал-то зачем?

– Ты смешной дедушка. Просто падал.

– Смешной, - согласился Лукаш.
– И ты смешной.

– Ххаф, - сказал мальчик, и, вторя ему, высоко в липовой кроне шумно вздохнул ветер.

Липа качнулась, крупно задрожала тонкими обвисшими лапами - то ли танцуя, то ли смеясь. Целая туча мокрых листьев сорвалась с неё и, гонимая ветром, пронеслась куда-то мимо сидящих на скамейке старика и мальчика бесчисленной жёлтой стайкой.

На коленках у мальчика остался ещё один лист.

– А ты знаешь, Воронёнок, что есть такая примета: если, не касаясь земли, тебе вдруг в руки падает с дерева лист, ты можешь загадать желание?
– усмехнулся Лукаш.

– Зачем?
– удивился мальчик.
– У меня и так всё получается. Иногда мне даже грустно от этого, но я же не буду хотеть, чтобы не получалось?

Он провёл ладошкой по лбу, убирая белокурую чёлку.

– Так уж и всё?
– в свою очередь удивился старик.

– Я просто не хочу неправильного, - хитро прищурился малыш.

– Неправильного?

– Неправильного. Того, что мешает друг другу, что друг другу не подходит.

Какое-то время они так и сидели молча: старик, маленький мальчик и - высоко над ними, среди наполовину облетевших липовых ветвей - две вороны. Затем одна из ворон словно вспомнила что-то: забеспокоилась, завертелась, торопливо спустилась вниз, к мальчику, и многозначительно сказала:

– Кар!

– Ой!
– засуетился малыш, поспешно слезая со скамейки.
– Мне домой пора!

– Пора так пора, - развёл руками Лукаш.
– Беги, Карел. Но не падай.

И долго-долго смотрел мальчику вслед: как тот бежит по усыпанной жёлтыми листьями дорожке, как прыгает бубон его разноцветной полосатой шапочки, и как вслед за ним торопятся, перелетая с липы на липу, две вороны.

______________________________

– Havr'anek* - воронёнок (чешск.)