– Шилла! Вставай. – я хотела отпихнуться, но спросонья никуда не попала, лишь рассекая рукой воздух. Кто там лезет? Джейда? Ах, нет, я же не в квартире. Заставив себя перевернуться, я открыла глаза. Вчерашняя барышня, ХеРин. – Доброе утро, Шилла.

– Сколько времени? – потерла я веки, проведя пальцами от внутренних уголков глаз к вискам и, ведя дальше, запустила их в волосы и растормошила.

– Почти двенадцать дня. – девушка улыбалась, расправляя рядом шторы. – Ты без макияжа совсем ребенок.

– А ты что, лесбиянка? – уныло протянула я, не разделяя её «утреннюю» радость. Я полночи ворочалась с этим четвероногим, перемещавшимся по одеялу, как тактический снаряд и уснула очень, очень поздно. И я никогда не просыпалась раньше часа. Я не выспалась.

– С чего ты взяла? – удивленно посмотрела на меня ХеРин.

– А зачем твой братец меня тебе навязывает? Пусть жениха тебе найдет. В твоем возрасте замужем надо быть. – проворчала я и плюхнулась на подушку, обратно.

– Что поделать, не складывается. – безэмоционально признала та и опустила куда-то взгляд. Я проследила за ним и увидела вбежавшую собаку. Чертов зоопарк. Кошки уже нигде не было. – Ты завтракать будешь тут или спустишься?

– А ХимЧан? – пружиной села я. – Уже поел?

– Нет, он у себя завтракает… - я откинула одеяло и, спустив ноги, прошмыгнула мимо ХеРин. – Шилла, куда ты?

– Я буду с ним завтракать. Не люблю есть одна.

Она окликнула меня ещё раз, но я, не обращая внимания, пересекла маленький холл и распахнула дверь в спальню моего нового знакомого. Спеша туда, я не задумывалась над тем, как там что может выглядеть, но если бы меня попросили предположить, я бы описала операционную из-за его чистоплюйства. Внутри, на самом деле, было очень чисто и свежо. Видимо, окно приоткрыто. Помещение было просторным. В высоком потолке проделан круг для двухуровневой подсветки. Темно-фиолетовые портьеры на окнах-арках, сиреневые стены, минимализм в интерьере и кровать, застеленная алым шелком. Насыщенность цветов давила, так что я ни сразу разглядела ХимЧана, обратив внимание, прежде всего, на не сочетаемые в моем понимании красный и фиолетовый.

– Чокнуться можно! – шлепнула я себя по бедрам и рукава вновь съехали вниз, закрыв пальцы.

– Тебя стучать и спрашивать разрешения, чтобы войти, тоже не учили? – я повернула голову на голос. Молодой человек сидел в постели под покрывалом, подперев спину подушками. На его коленях расположился столик-поднос на котором еда была с изыском сервирована его сестрой. Наверное, исключительно экологически проверенную и полезную для здоровья пищу употреблял.

– А чего стесняться-то? – я подошла к кровати и залезла на неё с ногами, заставив матрас заколыхаться. По чашке кофе плеснулся напиток и потек по белой фарфоровой стенке. ХимЧан сморщил лицо, наблюдая, как коричневая капля стремится к подносу. – Хоть бы ты тут с голой жопой бегал, я что, не видела их, голых жоп этих?

– Хим… - в дверях показалась ХеРин. – извини, я не успела её остановить…

– А зачем меня останавливать-то? – свернувшись клубком впритык к подошвам парня, выступающим через одеяло, я покосилась на девушку. – Я же сказала, что с ним поем.

– Он не любит, когда его беспокоят.

– Всё нормально. – через силу выжал из себя ХимЧан, явно недовольный, но почему-то решивший, что на меня сердиться не будет. Это должно было выглядеть комплиментом, но почему-то, наоборот, мне хотелось, что б он сорвался хоть раз, мужика показал, а то ощущение складывалось, что он полон ко мне жалости. Ненавижу это. Меня жалеть не надо. Себя пожалейте. – Принеси ей завтрак сюда.

– Спасибо, Крутой мужик. – потянувшись, я опять сгруппировалась, положив ладони на его выпирающие пальцы ног, а поверх примостив свой подбородок. Ему явно хотелось уклониться от соприкосновения даже через ткань, но он встал перед выбором расплескать кофе сильнее или остаться недвижимым. Поборовшись с собой, он остался лежать, как лежал. – Я тебя всё равно буду так называть иногда, это забавно.

– Шилла, слезь с моих ног, пожалуйста.

– Тебе неудобно? Не ври, они бы ещё даже занеметь не успели. – перепрыгнув на четвереньки, я замахнулась рукой, другой взявшись за угол одеяла, будто приготовившись откинуть его. – А щекотки ты боишься?

– Не смей! – повысил голос ХимЧан и на этот раз не выдержал, поджав ноги. Поднос пошатнулся, и вторая волна кофе оказалась вне пределов чашки. – Шилла, черт возьми, у тебя что, правда, шило в одном месте?

– Мне часто так говорят, - я засмеялась, перекатившись на спину. – ты когда в город едешь?

– Как только поем, буду собираться. Если мне дадут поесть. – он прищурился, швыряя в меня молнии из глаз. Я расплылась ещё шире. Такой он милый бука!