Однако, лесбиянки ему нравились, и ему приятно было смотреть (понятно, что речь о порнофильмах), как они занимаются любовью.

А вот когда в кадре с женщиной было два мужчины, Мите становилось противно, даже если один из них трахал её в жопу. Анальный секс на видео Мите нравился, возможно, именно потому, что у него анала не было.

Но однажды, когда, в очередной раз, в стране поднялась шумиха из-за какой-то публичной акции секс меньшинств, Митя, вдруг, ясно осознал, что все люди андрогины или бисексуалы!

Он вспомнил, что каждый человек несёт в себе хромосомный набор двух родителей, а значит, и двух начал: мужского и женского. А далее, логическая цепь суждения выстраивалась легко и просто: мы только внешне мужчины и женщины, а по сути, мы андрогины.

Нет ни одного стопроцентного мужчины, нет ни одной стопроцентной женщины!

Каким бы ни был брутальным и мужественным человек, он нёс в себе и мужское, и женское начало

Какой бы ни была хрупкой и женственной девушка, она несла в себе и мужское, и женское.

После осознания этого, Митя стал всматриваться и вслушиваться в свои желания и ощущения, и вспоминать.

Иногда, Таня, лаская его пальчиками, проводила по промежности и касалась ануса. Митю передёргивало от мурашек, разбегающихся от точки касания. Иногда он намекал на анальный секс, но Таня резко и грубо отвечала - Голубятня! Хочешь, чтобы тебя трахнули в жопу! Иди найди, тебя трахнут!

– Я не хочу, чтобы меня трахал мужчина. Я хочу, чтобы меня трахнула женщина. Ты!

– Ага! Разбежалась прям!

Митина память обращалась в прошлое.

После армии, он, неожиданно для самого себя, несколько раз совершил анальный акт с самим собой. Брал морковку, тщательно мыл, вставал раком и, обильно смазав слюной анус, засовывал в жопу. Было немного больно, но гораздо сильнее было ощущение сладострастия и возбуждения, и он дрочил, одновременно с фрикциями в анус.

Но и это ничего не объясняло!

И Митя снова обращался в прошлое.

Он вспоминал, как в армии дважды переболел дизентерией и, те ощущения, когда он стоял раком, а медсестра засовывала ему в жопу стеклянную палочку. Его потряхивало от вожделения, от того, что она касается пальцами его ягодиц, от того, что она смотрит на его ягодицы и анус, и видит его яички.

Но и это не объясняет, почему его тянуло на анал.

И он вспомнил!

Он вспомнил, как мать садила его на горшок, предварительно сделав клизму. Это было несколько раз и самое раннее воспоминание относилось к возрасту семи или восьми лет. Возможно она делала ему клизму и в более раннем возрасте, но он не помнил. Но он помнил ощущения: и её касания, и пипку груши в анусе, и не испытывал отвращения, хотя, некоторое чувство стыда, всё же присутствовало.

Но почему и откуда в нём проявлялось желание грубого сексуального насилия над женщиной?

Он был мягким по характеру. За четверть века супружества Митя ни разу даже голоса не повышал на Таню.

И всё же она упрекала его в насилии. Более того, он и сам ощущал, как просыпается во время секса в нём, что-то жестокое и грубое. Но не всегда, не при каждом акте. Он заметил, когда это происходит. Это происходило, если Таня не хотела секса и противилась, а он всё же настаивал, и она давала. И тогда просыпалось это звериное и он грубо, резко и с силой засаживал член во влагалище! Таня стонала, а ему хотелось, чтобы она кричала от боли!

Но почему и откуда это??

Это произошло, когда он учился во втором классе. Отец тогда стал часто приходить домой с работы подвыпившим. Его настроение зависело от состояния опьянения. Иногда смеялся и шутил, и заигрывал с матерью, а в другой раз мог взбелениться и, схватив ремень, несколько раз ударить.

Был конец октября или начало ноября: снег уже лежал. Мать затеяла ремонт на кухне, и он помогал по своим силам. Она стояла на кухонном столе и белила потолок, когда открылась дверь и вошёл отец. Сразу стало понятно, что состояние его агрессивное и Митя весь напрягся. Отец обвёл взглядом кухню и поморщился - Пожрать приготовила?

Мать опустила кисть - На плите всё приготовлено

Отец подошёл к плите, открыл одну кастрюлю, другую - Я что, стоя должен есть?

– Возьми стул и присядь, мне немного осталось добелить

Отец заскрежетал зубами, и Митя съёжился

– Сука, заканчивай и убирай всё!

Мать, продолжая водить кистью по потолку, ответила - Вот угол добелю и уберу всё

– Ссука!
– отец схватил нож, подскочил к столу и, замахнувшись, выдохнул, задыхаясь яростью - Сейчас распорю живот и кишки выпущу!