– Вон там. Но ей каждый день понадобится молочный поросенок!

– В таком случае мне придется съездить на рынок и купить выводок поросят, – ответил Джон. Заметив изумление на лице Бена, он расхохотался. – Не волнуйся! Сколько стоит поросенок?

– Шесть пенсов! Мы так вылетим в трубу!

– Пусть это тебя не беспокоит! – посоветовал ему Джон.

Бен с уважением посмотрел на мужчину.

– У вас полно денег, господин?

– Я довольно состоятельный, – серьезно ответил ему Джон. – А теперь послушай меня, Бен! Я собираюсь здесь остаться…

– Правда? – радостно воскликнул мальчик.

– Пока не вернется твой отец или, в любом случае…

– Ух ты! Я надеюсь, он никогда не вернется!

– Тихо, сорванец! Если он не вернется… Бог ты мой, я понятия не имею, что буду с тобой делать. Но как бы то ни было, в работный дом я тебя не отдам, на сей счет можешь быть спокоен! Дело в том, что если я остаюсь здесь, то мне необходимо сделать кое-какие покупки. Как далеко до ближайшего города и что это за населенный пункт?

Немного поразмыслив, Бен ответил: до Тайдсвелла, пожалуй, будет около пяти миль. Он добавил, что его отец купил там свинью и новое зимнее пальто. Это обнадеживало.

– Съезжу туда завтра, – решил Джон. – Тебе не будет страшно одному присматривать за воротами во время моей отлучки, а, что скажешь?

– Мне не страшно. Днем это уж точно, – ответил Бен. – Но имейте в виду, что я хожу чистить курятник мистера Сопворти! Он мне даст полпенса и, скорее всего, попросит сделать что-нибудь еще. Я не знаю, когда вернусь.

– В таком случае тебе придется сказать ему, что твое присутствие необходимо здесь. Что за человек этот мистер Сопворти?

– Он очень недоверчивый, так говорит папа. Но и не ворчит на меня что зря. Хотя работать на него приходится как следует, иначе задаст взбучку, мало не покажется!

– Если это означает, что он порядочный человек, то мне, пожалуй, стоит с ним познакомиться. Я так понимаю, ты не опасаешься того, что он донесет на твоего отца, поэтому мы скажем ему: твоему отцу пришлось на несколько дней отлучиться и он оставил меня вместо себя. Я твой кузен, – пояснил капитан.

– А вот такую ерунду вы ему не всучите, – возразил Бен. – Он не дурак! Он сразу поймет, что вы знатный господин, это уж как пить дать!

– Да ну! – ухмыльнулся Джон.

– Как только вы раскроете варежку, он сразу вас раскусит! – заверил капитана Бен. – Потому что вы говорите, как знатный господин, и у вас полно всяких словечек, как у всех ваших.

– Я постараюсь не использовать их, – пообещал Джон.

– Да, но как насчет ваших шмоток и сапог тоже? – продолжал сомневаться Бен.

– Если ты о моей сорочке, то я куплю себе другую в Тайдсвелле и к ней простые башмаки. И нечего качать головой! Я уволился из армии, запомнишь? Кавалерист, третий драгунский гвардейский полк. Я был денщиком (это все равно что слуга) у офицера. Вот у него я и научился так странно разговаривать. Ты только запомни это, и нам все сойдет с рук!

Бен нерешительно посмотрел на Джона, однако вслух произнес:

– Как мне вас называть, господин?

– Зови меня Джек. Что мне необходимо, так это пристойные условия для Бу. Его нельзя держать в курятнике, и, сдается мне, «Синий кабан» ему вполне подойдет.

– А почему бы вам не поставить жеребца в стойло на ферме Хаггейта? – поинтересовался Бен, продолжая критиковать идеи капитана.

– Я бы это сделал, коль знал бы, где это, – отозвался Джон.

– Это совсем рядом, – пояснил Бен. – Фермер Хаггейт и мой папа – закадычные друзья. А если вы ему еще и деньжат подбросите, то он и сено для Бу вам даст, потому что у него тоже есть лошади. Целых две!

Такое предложение настолько понравилось Джону, что сразу после обеда он отправил Бена к фермеру Хаггейту. Сам он остался на посту, хотя открывать ворота ему пришлось лишь дважды. Что бы тут ни происходило в другие дни, но по воскресеньям дорогой явно почти никто не пользовался. В сундуке Джон нашел чистые простыни, после чего застелил постель. Потом он энергично поработал метлой, вычистил кухню, а затем сел к столу составлять перечень всего, что должно было сделать его существование в сторожке сносным. Размышления капитана над списком прервал властный возглас снаружи, призывающий его к воротам. Узнав голос, Джон не замедлил подняться со стула и выйти на зов.

Мисс Сторневей слегка улыбнулась ему со спины красивой лошади и произнесла:

– Итак, сэр, я приехала, чтобы выслушать вашу длинную историю, если вас не затруднит мне ее рассказать! Вам следует знать, что в округе меня все зовут сквайром. Это должно послужить достаточным обстоятельством для оправдания моего любопытства!

– Вам не нужны оправдания, – ответил Джон, слегка приоткрыв ворота.

Она коснулась бока лошади каблуком и произнесла, проезжая мимо Джона:

– Вы собираетесь стребовать с меня оплату? Предупреждаю вас, что, если вы это сделаете, я пожалуюсь на вас! Я не намерена превышать расстояние в сто ярдов от ворот. Более того, вообще не намерена отъезжать от них!