– Я верю, верю, ты можешь теперь все, как и говорил, – произнес Светловолосый, с благоговением глядя на Егора. Он подошел к нему и, став на колени, поцеловал руку.

– Не знаю, как вы, господа, – Егор обвел взглядом присутствующих, – а я чертовски устал. – Он отнял руку у Светловолосого и двинулся к выходу. Люди расступались, пропуская его к двери.

– Подожди, – крик Светловолосого настиг Егора у лифта. Мужчина заскочил в громадную кабину, предназначенную для перевозки больных, и стал напротив Егора.

– Ты обещал. Обещал помочь мне с дочерью, помнишь?

– Я тебе ничего не обещал, – Егор нажал на первый этаж. Двери лифта бесшумно захлопнулись. Егор прислонился к металлической стенке. Он хотел спать. Просто спать.

– Хорошо, – покладисто согласился Светловолосый. – Не ты, он обещал. Но он стал частью тебя. Ты теперь можешь все. Я сам видел. Так яви чудо исцеления. Моя дочь ни в чем не виновата. Сделай это.

Егор открыл глаза.

– Я ничего не могу для тебя сделать, – четко произнес он.

– Еще как сделаешь, – Светловолосый нажал на красную кнопку, и лифт, дернувшись, застрял между этажами. Прямо в грудь Егора смотрел ствол пистолета.

– Сейчас ты пойдешь ко мне домой, – произнес Светловолосый, – и сделаешь с моей дочерью то же самое, что с этим парнем.

Егор молчал, задумчиво глядя на оружие.

– Хорошо, хорошо, – Светловолосый поднял ствол вверх. – Согласен, я погорячился, – глаза его горели безумным блеском. – Но ты должен мне помочь. Я так люблю ее, что душу готов за нее продать. И продам. Тебе. Только спаси ее.

– Она тоже очень тебя любит, – неожиданно произнес Егор.

– Что? – не сразу понял Светловолосый.

– Твоя дочь тоже очень тебя любит. Именно поэтому она с самого рождения защищала тебя и принимала на себя все проклятия, посылаемые в твой адрес.

– О чем ты говоришь? – Светловолосый, недоумевая, уставился на него.

– Об убитых тобой людях. О горюющих по ним матерях и женах. Ты представляешь, сколько грязи и ненависти приходится выносить твоей дочке? И все это она делает только ради тебя. Она единственная любит тебя таким, какой ты есть.

– Получается, ты поможешь?

– Нет, – Егор покачал головой. – Только ты можешь ей помочь. Сам. Когда поймешь, что идешь не туда и не с теми, и раскаешься. По-настоящему раскаешься. И попросишь у обиженных тобой прощения.

– Ведьмак, читающий проповедь, – это что-то новенькое. – Светловолосый скривил губы. Ствол снова глядел единственным глазом прямо в сердце Егору. – Я последний раз повторяю. Ты идешь со мной.

– Нет, – качнул головой Егор и нажал кнопку первого этажа.

Звуки выстрелов заставили отхлынуть назад людей, стоявших у лифта в вестибюле больницы.

– Что это? Вы слышали? – раздались голоса. Охранник на входе настороженно отделился от стены и сделал шаг к толпе. И тут дверь лифта бесшумно раскрылась. Из него вышел темноволосый парень с усталым лицом. Он остановился. Снял куртку и бросил ее под ноги типу с пистолетом в руках под ноги.

– Не моя вещь. А вещь зря испортил, – на рубашке молодого человека темнело несколько дырок с обожженными краями.

– Егор! – От входа к нему бежала Алена. Она уставилась на дырки, потом на Светловолосого, продолжающего сжимать в руке оружие. – Надо уходить, – она потащила Егора в сторону. – У него совсем крыша поехала. Но с тобой ведь все в порядке? – Она осторожно дотронулась до дырок на рубашке, ощущая тепло груди Егора. Он осторожно взял ее пальцы и поцеловал ладошку.

– У тебя такие нежные руки, – улыбнулся он, на мгновение став прежним мальчишкой. – Почему ты мне все тогда не рассказала?

Подавшаяся вперед Алена застыла от этого вопроса.

– Документы принесла? – Улыбка испарилась. Егор вопросительно смотрел на нее.

– Да, конечно же, документы, ты ведь о квартире говоришь? – залепетала Алена, стараясь поймать взгляд Егора.

Но он отвернулся, ожидая, пока она достанет бумаги.

– Все оформлено. Это молодая семья. Слишком быстро. Я сбросила цену. Там надо делать ремонт.

– Дети у них есть? – Егор вспомнил слово, данное домовому.

– Женщина на восьмом месяце. – Алена застыла, ожидая реакции Хозяина. – Больше никого так быстро найти не удалось. А эти ребята очень обрадовались.