– Нормально, – натянуто улыбнулся Егор.

– Тоже мне, сказал. Нормально? Да это супер! Это на тысячу лет спокойной жизни! Или не очень спокойной, как захочется. И теперь это все твое, понял?! – Он торжествующе захохотал, словно произнес очень забавную шутку. – Ладно, – он замолчал, вытирая слезы, выступившие от смеха. – Сейчас пообедаем – и к твоим друзьям. Ты же так к этому стремишься? – добавил он, кривя губы.

Егор, ничего не ответив, вышел следом за отцом из сейфовой комнаты.

– Что там с обедом? – нажал Сергей копку переговорного устройства на столе.

Егор поразился переменам, произошедшим с отцом. Он больше не пытался его очаровать, удивить и, вообще, хоть как-то привлечь внимание. Он сидел за обеденным столом и с аппетитом поглощал поставленные перед ним блюда. Прислуживающая за столом женщина появлялась и исчезала бесшумно. Егор, ожидавший от отца как минимум трогательного рассказа об их прошлой жизни с матерью, в недоумении задумчиво ковырял вилкой в тарелке.

– Не голоден? – обратил на него внимание отец.

– Почему ты не рассказываешь ничего о ваших отношениях с мамой? – неожиданно для себя спросил Егор.

– Потому что ничего не помню. Я захотел это забыть и забыл. Эмоции могут убить быстрее, чем кинжал врага. Запомни это. Я не собираюсь жевать сопли по поводу прошлого. Твоя мать мертва, и одной проблемой для меня стало меньше.

– Ты убьешь меня, так же как ее? – Егор спокойно отложил вилку в сторону.

– Дурачок, – улыбнулся отец. – Если бы я хотел убить, то мог сделать это не один раз. Например, в том же кафе. Смотри, – Сергей небрежно отбросил салфетку на стол. Не успела она упасть, как он уже стоял рядом с Егором, приставив только что положенную парнем вилку к его горлу. – Я старше, быстрее, умнее, опытнее тебя. Мне ничего не стоит свернуть тебе шею. Но я потратил на тебя почти целый день своего драгоценного времени. Знаешь, почему? – Он наклонился и заглянул в глаза Егору. У парня начала кружиться голова. Еще немного, и, кажется, этот человек проникнет в самые тайные глубины его мыслей. Егор напрягся и нечеловеческим усилием воли отвел взгляд.

– Ты точно мой сын, – удовлетворенно произнес Сергей, бросая вилку на пол. Он вернулся на свое место и продолжил: – Мне нет смысла тебя убивать. Ты часть меня. Ты не можешь понять это сегодня, но завтра ты будешь на моей стороне.

– Очень сомневаюсь в этом, – упрямо произнес Егор, поднимая взгляд на отца.

– Да ладно, – беззаботно махнул тот рукой. – Если у нас с тобой не мир, то хотя бы перемирие. Ведь так? Так давай выпьем за него, и пойдешь забирать своих друзей.

Егор напрягся, ожидая очередного подвоха.

В комнату бесшумно вплыла женщина. Она поставила два хрустальных бокала и налила в них вино. По комнате поплыл знакомый аромат трав.

– Это вино настояно на травах по рецептам твоей матери, – произнес отец. – Почтим ее память, не чокаясь.

Егор взял бокал за хрустальную ножку. Напиток, наполненный светом, искрился как живой.

– Если не доверяешь мне, можем поменяться бокалами? – предложил, видя его нерешительность, отец.

– Я выпью за маму, – Егор отпил из бокала глоток, вспоминая последний вечер, проведенный с ней.

Отец демонстративно осушил бокал полностью. И Егор последовал его примеру.

– А теперь друзья, ты обещал, – напомнил он.

– Пошли, – сердито буркнул отец, – они в подвале.

Он двинулся в сторону выхода с этажа. Егор спокойно шел следом. Он уже разбирался в расположении комнат.

Лиза сидела рядом с Ильей, напряженно всматриваясь в его лицо. В последние два дня он все чаще терял сознание. Она, как могла, заботилась о нем и плакала. Лиза понимала, что лишается друга. Но что она может сделать еще? Девушка встала и прошлась по подвалу. Хорошо хоть места здесь достаточно. С одной стороны, довольно тепло. С другой – не душно. Есть приток свежего воздуха. Опять же, с влажных труб можно собрать воду. Она обняла себя за плечи и нервно захихикала. Лизу поразила присущая ей особенность искать плюсы даже в самом неудачном положении вещей. Девочку начало трясти. Она всхлипнула. Неужели сейчас начнется истерика?

– Лизка, не плачь, – раздался свистящий шепот у нее за спиной.

– Илья, Илюшенька. Ты очнулся?

– Не плачь, только не плачь, – продолжал шептать Илья.

– Я и не плачу, – Лиза быстро смахнула слезы, – просто чихнула. Наверное, простыла здесь чуть-чуть. Ты только не отключайся больше, ладно? Я так боюсь. Так боюсь.

– Не бойся. Я здесь, – Илья взял ее за руку. – Нас найдут, обязательно. Надо подождать, – он сжал ее руку холодной и влажной ладонью.

Будто в ответ на его слова наверху открылась дверь, и по ступенькам стал кто-то спускаться.

Лиза повернулась к двери, напряженно всматриваясь в человека. На улице день близился к завершению. Последние лучи солнца едва просачивались в колодец внутреннего двора. Поэтому в подвале было сумеречно.

– Егор? – произнесла она, не веря своим глазам, – Егор, – закричала она, бросаясь к человеку, спустившемуся к ним. – Ты пришел за нами?

– Спокойно, Лизок, – Егор поймал в объятия летящую к нему девушку. – Спокойно, малыш. Где Илья?

– Здесь, лежит, – произнесла Лиза и разрыдалась. Напряжение, накопленное за последние недели, вылилось из девушки бурным потоком слез.