– Оно принадлежало Сасори, - сказал Пейн.
– Зецу нашел его на развалинах той пещеры, где происходило запечатывание Однохвостого. Думаю, ты его заслужил. А для твоей подружки я приготовил кольцо принадлежавшее Орочимару. Зецу осматривал одну из его разрушенных баз и нашел его там. Поэтому, можешь считать себя полноправным членом нашей организации.

– Я польщен, - усмехнулся я, надевая кольцо на большой палец левой руки. В этот момент в убежище ввалились Хината и Конан, тащившие на себе здорового мужика в красных доспехах.

***

– Ну и какого х*ра нас вызвали?!
– надрывался Хидан. Точнее его голограмма.
– Мы, бл*дь, почти поймали эту мелкую сучку Югито. Но вы как всегда вовремя, чтоб вас! Не могли немного подождать?

– Заткнись, Хидан, - отозвался Какудзу, его напарник.
– Если бы не твои проклятые ритуалы, мы бы уже поймали Ниби.

– Ты мои ритуалы не трогай!
– рявкнул поклонник Джашина.
– Из-за кого мы, бл*дь, делали крюк через е*учую страну Огня?! Скопидом проклятый! Ну когда же ты, бл*дь, сдохнешь, и мне дадут в напарники хоть кого-то, кто ценит религию?!

– Может начнем уже извлечение?
– предложила Хината. Она, я, Конан, Пейн и Дейдара не были представлены голограммами.

– Девочка дело говорит, - подал голос Зецу.

– А ты вообще заткнись мухоловка-переросток!
– рявкнул Хидан.
– Ты вообще них*я не делаешь, только трупы по подвалам жрешь! Какого х*ра вообще...

– Молчать!!!
– теперь рявкнул уже Пейн.
– Мы теряем время. Начинаем.

И мы все хором проговорили:

– Техника Печатей! Печать Девяти Драконов!

Запечатывание началось. Техника жрала море чакры, а значит, нам предстояло провести в таком виде дня три. А потом еще и Санби запечатывать... Блин, как же я ненавижу бездействие. Хорошо, что хоть разговаривать можно.

– Хина? Как у вас все прошло?
– спросил я. Хоть как-то время убьем.

– Честно говоря, мужик оказался сильным, - сказала моя девушка, сразу поняв мою задумку.
– Мы когда на него наткнулись, он в Гоби превратился. Как - не знаю. Но шустрый был... Хотя, мой удар промеж глаз все же не выдержал. Обиделся и спать улегся.

Дейдара, Кисаме и Зецу захохотали. Определенно, люди с чувством юмора. Я надеялся на более конструктивный рассказ, но вовремя понял, что Хина просто не желает афишировать свои способности. Эх, скучно...

– А у вас как все прошло?
– спросила Хината.

– Да у нас тоже быстренько, - ответил я.
– Дей черепашку оглушил, да она на берег выползла. Там я ее повязал, и в камушек запрятал.

– Прям все у вас так легко выходит, - Пейн тоже позволил себе небольшую улыбку.
– Думаю, я вас за Восьми- и Девятихвостым пошлю. Посмотрим, как тогда будете действовать.

– Чур меня за Кьюби, - усмехнулся я.

– Хачиби беру на себя, - поддержала меня Хина. Умница, девочка. Знает, что, когда и где нужно сказать.

– Вот и славно, - Пейн кивнул.
– Тогда Хидан и Какудзу ловят Двуххвостую. Итачи и Кисаме, за вами Четыреххвостый. А я, пожалуй, прогуляюсь до страны Воды и лично займусь Шестихвостым. Но это потом. А сейчас сконцентрируемся на запечатывании...

***

Пейн определенно изверг. Почти неделю стоять на месте? Увольте... А как вспомню, что нам еще пятерых биджу запечатывать, так руки опускаются. Хотя, я надеюсь, Пейн меня поймет, и запечатывать придется только четверых.

С Кьюби придется повременить. Равно как и с Хачиби. Хидан и Какудзу лихо наследили в странах Огня и Молний. Бессмертные, блин. Вот и не боятся никого, даже Пейн им уважения не внушает. Может, сговориться с Кисаме и покромсать Хидана на кусочки? А что? Какудзу все равно сошьет, ему не впервой.

Кстати, о Кисаме. Про "селедку" он не забыл. И естественно, что в первый же день нашего пребывания в Дожде он предложил мне выяснить отношения на мечах. Ну, он то не знал, что меня Фудо поднатаскал. Короче говоря, драка закончилась ничьей. Ну, то есть он со своей Самехадой таки прижал меня к земле, а я успел ткнуть его сенбоном пущенным из рукояти катаны. Я не говорил, что у меня в клинках спрятаны сюрпризы? Теперь скажу. Короче говоря, эта туша уснула (сенбон попался со снотворным) и придавила меня к земле. Потому Пейн, бывший судьей, признал ничью. С тех пор мы с мечником забыли прошлые обиды и частенько тренировались вместе.