– Работа Наруто, - проследив мой взгляд, сказал Шин.
– Давайте выберемся наружу, я все вам расскажу...

Конец POV Какаши

Глава 24. Любящий отец

– Я хотел бы поговорить, если ты не против, - сказал Хиаши. Я, честно говоря, был в ступоре. Я-то ждал, что он сейчас на меня накинется и попытается отнять дочь, но Хиаши повел себя совершенно непредсказуемо. Молча достав из печати пару походных стульев, я разложил их и жестом пригласил сесть. Хиаши принял мое приглашение.

– И... О чем же Вы хотели со мной поговорить?
– спросил я, стараясь не слишком выдавать свою заинтригованность.

– О Хинате, - Хиаши кивнул головой в сторону моей девушки, все еще спящей.

– Она не вернется в клан, - тут же протараторил я.
– Она этого не хочет. К тому же у нее нет бякугана.

– Спокойно, - остановил мое словоизвержение Хьюга.
– Я вовсе не требую ее возвращения в клан. Да и про риннеган я в курсе. Мои люди доносили мне об этом.

– Тогда о чем же будет разговор?
– недоуменно спросил я.

– Ну, во-первых, я хотел бы поблагодарить тебя, Наруто, - сказал Хиаши.
– Ты избавил меня от необходимости сделать ужасный выбор и подарил счастье моей дочери.

– Я что-то не понимаю...
– проговорил я. Нет, последняя фраза была как раз понятна, но вот начало предложения...

– Я объясню, - глава Хьюг устроился поудобнее.
– Как тебе наверняка известно, в нашем клане существует две ветви - главная и побочная. Побочная отличается тем, что на них стоит печать подчинения, которая служит двум целям. Служит инструментом подавления - раз. И обеспечивает сохранность глаз - два.

– Про второе не слышал, - я заинтересовался.

– Я поясню, - сказал Хиаши.
– Тебе ведь наверняка известно, что за нашими глазами охотятся многие страны. Так вот, печать не позволяет забрать глаза у шиноби. Когда член побочной ветви умирает, печать ликвидирует бякуган. Можно, конечно, попытаться извлечь глаз из еще живого шиноби, но у представителей побочной ветви существует негласный приказ - попадание в плен недопустимо. Большинство просто убьет себя ради защиты секретов клана.

– Глупость, как по мне, - фыркнул я.
– По-моему, бякуган сам по себе не является главной особенностью вашего клана. Особенным можно назвать ваш стиль Мягкой Руки, базирующийся на силе глаз. Кроме того, существуют и другие додзюцу, позволяющие видеть потоки чакры.

– Безусловно, - согласился Хьюга.
– Но тем не менее, наше додзюцу довольно опасно, чтобы им могли завладеть враги. Но мы отвлеклись от темы. Ты в курсе, что такое печать подчинения. Как тебе известно, у меня две дочери. Хината и Ханаби. Так вот, наследницей клана должна была стать одна из них. Вторая перешла бы в побочную ветвь, дабы защищать сестру.

– Жестоко, - покачал я головой.

– Согласен, но таковы традиции, - Хиаши опустил голову.
– Незадолго до той миссии, ко мне явились старейшины клана. Они потребовали сделать окончательный выбор. Пока я колебался с выбором наследницы, и многим в клане были понятны мои сомнения. Хината была старшей, но Ханаби больше подходила на роль главы клана. Я же не хотел ставить печати ни на одну из них. Когда Хината не вернулась с миссии, это вызвало у меня приступ облегчения.

– Вы порадовались тому, что ваша дочь мертва?
– удивился я, с отвращением в голосе.

– Разумеется нет, - мой собеседник усмехнулся.
– Я знал, что она жива. Хирузен, конечно, попытался мне соврать, но... С помощью бякугана можно распознать ложь. Тогда я потребовал от Третьего ответ. Он признался, что ты жив, и Хината, скорее всего, ушла вслед за тобой. Я успокоился. Ты защитил бы ее.

– Откуда такая уверенность?
– хмыкнул я.

– Я же видел, как вы друг на друга смотрели, - улыбнулся Хиаши.
– Хината была влюблена в тебя, а ты симпатизировал ей, хотя, по непонятным мне причинам, держался от нее на расстоянии и пытался ухаживать за той девчонкой из семьи Харуно.

– Да что тут понимать-то?!
– выпалил я.
– Кто она, и кто я. Наследница великого клана, и безродный сирота. Думаете, я не знаю, что Вы сказали бы о наших отношениях?

– Я бы их одобрил, - покачал головой Хьюга, в очередной раз удивив меня.
– Знаешь, когда Хината смотрела на тебя, в ее глазах появлялась целеустремленность. Любое препятствие было ей по плечу, когда она думала о тебе. Я видел это. И я с радостью принял бы тебя в семью, тем более, что ты вовсе не безродный сирота.