После этого, Неджи вышел из палаты, оставив там взбешенного Хиаши, удивленную Цунаде и ничего не понимающую Сакуру.

***

Итачи и Кисаме стояли на холме, с которого открывался замечательный вид на Коноху.

– Как думаете, Итачи-сан, что они будут делать?
– с интересом спросил рыбмен у своего напарника.

– Скорее всего поднимут тревогу и отправят отряд в погоню за Лидером, - пожал плечами Учиха. Оба нукенина замолчали. Несмотря на ожидания, в погоню так никто и не отправился. Прошел день, но в Конохе, на первый взгляд, было все спокойно. А когда наступил вечер, рядом с ними из ниоткуда материализовался Наруто.

– Как обстановка?
– спросил парень.

– Все тихо, шеф, - отозвался Кисаме.
– Даже слишком тихо, я бы сказал.

– Ясно. Значит, мое послание они получили. А раз так, то нам стоит заглянуть на огонек, - сказал Наруто.
– Держитесь за меня, идем в гости к бабуле Цунаде.

Пространство слегка исказилось от массового перемещения, и через мгновение все трое стояли на крыше резиденции Хокаге.

***

Несмотря на поздний час, Цунаде не спала, а внимательно выслушивала рассказ Неджи. Он подробно описал действия Наруто при снятии печати и высказал свои мысли, касающиеся нападения на поместье Хьюга.

– Я уверен, что эти люди действовали по приказу Наруто, - закончил Неджи.

– Знаешь, я и сама в этом уверена, - задумчиво сказала Цунаде.
– Вдобавок, сначала Наруто явился ко мне с просьбой впустить в деревню, как он выразился, "пару друзей". Я ему отказала, и тогда он начал действовать самостоятельно.

– Почему же отказали?
– спросил Хьюга.

– Две причины. Во-первых, это старейшины и Данзо. А во-вторых - это Хиаши.
– пояснила Пятая.
– Потом, после нападения, я лично осматривала пострадавших. Если вспомнить о том, с какой легкостью нападавшие сдерживали бойцов клана, то я была удивлена, что серьезных жертв нет.

– Мне кажется, Наруто просто не дал такого приказа. Вероятно, его люди должны были вымотать Хьюг и не дать им пуститься в погоню, - в открытое окно заглянул Джирайя.
– Знать бы еще, кем он командовал...

– Ну, при мне Наруто как-то назвал имя Кисаме. Ханаби мне рассказывала, что он и при ней с ним общался.

– Общался?
– удивились Цунаде и Джирайя.

– Мысленно, насколько я понял, - пожал плечами Неджи.
– И еще она назвала мне имя Нагато.

Жабий отшельник вытаращил глаза.

– Нагато?! Ты уверен?

– Ну, да. А Вы знаете, кто эти люди?

– Я знаю только одного Нагато, - поговорил саннин.
– Когда-то давно я обучал троих сирот из страны Дождя. Их звали Нагато, Яхико и Конан. Насколько я знаю, Яхико погиб, а Нагато и Конан создали организацию Акацуки, состоящую из шиноби-отступников. Хошигаке Кисаме - нукенин скрытого Тумана, один из членов этой организации.

– То есть?
– не поверил Неджи.
– Вы хотите сказать, что Наруто тоже вступил в Акацуки?

В этот момент на столе Хокаге из воздуха материализовались записка. Когда Цунаде прочла ее, то изменилась в лице.

– Неджи!
– скомандовала она.
– Оповести всех джонинов и глав кланов о срочном собрании. Пусть немедленно соберутся в зале совещаний.

– Есть!
– ответил Хьюга и покинул кабинет.

– Что тут, Цунаде?
– подошел к Пятой Джирайя.
– Хм... "Отвечу на все вопросы через час. Можете созвать совет, если хотите. Старейшинам и Данзо - молчок. Наруто." Надеюсь, он нам расскажет, чем занимался те два года, что его не было.

– То есть?
– удивилась Хокаге.
– Ты же был с ним.

– Цунаде, ты думаешь, я все время был рядом?
– усмехнулся саннин.
– Мы пробыли вместе около полугода. Потом отправились на Мебокузан, а когда Наруто закончил свое обучение там, мы расстались. Так что, я его не видел почти два года и не знаю, чем он в это время занимался.

– Значит, нам всем будет интересен его рассказ, - подвела итог Пятая.

***

Через час Цунаде объявила собрание открытым. Помимо глав кланов и джонинов там также присутствовали Сакура, Шизуне и Джирайя.

– По какому поводу нас здесь собрали?
– задал вопрос Шикаку Нара.

– Это как-то связано с нападением на наш клан?
– поддержал Хиаши Хьюга.

– Ну, не совсем, - ответила Цунаде.
– Мы собрались здесь по личной просьбе одного человека.

В этот момент в зал вошли три человека в черных плащах с капюшонами и подошли к трибуне.