– Ты смотри, не соврал, - усмехнулся Кабуто, стоявший рядом со статуей Учихи Мадары.
– И правда пришел.

– Где Орочимару?
– холодным тоном спросил Наруто.

– Он покажется, если ты позовешь того, кто остался позади, - ухмыльнулся Якуши.

– Хорошо, - блондин не стал спорить.
– Саске, выходи, нас раскрыли.

– Неужели сам Саске-кун явился сюда, - рядом с Кабуто появился Орочимару.
– Как там поживает мой подарок?

– Ты про свою метку?
– оскалился Учиха.
– Нет ее больше у меня. Осмотрительнее надо быть с подарками. Один и тот же не всем подходит.

– Неужели кто-то в Конохе все-таки научился снимать эту печать, - Орочимару был озадачен, но виду не подал.

– Не совсем, - усмехнулся Наруто.
– Саске правильно сказал, нужно осмотрительнее выбирать цели. Ты знал, что при вливании чакры достаточно сильного биджу твоя метка самоликвидируется?

– Буду знать, - растянул губы в неприятной улыбке саннин.

– Ладно, я пришел сюда не только для того, чтобы болтать про печать, - сказал блондин.
– Я предлагаю тебе сделку, Орочимару.

– Вот как?

– Да. Я предлагаю тебе забыть о сговоре с Песком против Конохи. Равно как и забыть про идею сделать из Саске новый сосуд. Не суйся в Коноху, Орочимару, прошу по-хорошему.

– А что я получу взамен?
– усмехнулся саннин.

– Жизнь, - ответил Наруто.
– Я не стану тебя трогать, хотя мне не особо хочется оставлять тебя в живых. Да и Саске-теме очень хотел бы получить кошелек из элегантной змеиной кожи. Но если ты не станешь вынашивать планы против Конохи, то мы не тронем тебя.

– Думаете, мы вас испугаемся?
– расхохотался Кабуто.
– Вы всего лишь мелкие выскочки. Орочимару-сама, разрешите мне самому убить этого наглеца.

– Давай для начала проверим, что они могут, - предложил саннин.

– Очень многое, - усмехнулся Наруто, молниеносно складывая печати.
– Призыв! Шесть путей мудреца!

В облачке дыма появились шестеро марионеток Наруто. Орочимару был сильно озадачен, когда увидел их лица.

– Это Эдо Тенсей?
– спросил он сам у себя.
– Вроде, не похоже. Кабуто, держи ухо востро.

– Бледнолицего обезвредить, очкарика можно потрепать, - приказал Наруто.
– Вперед!

– Есть!
– одновременно рявкнули все шестеро.

– Думаю, мы будем им только мешаться, добе, - усмехнулся брюнет, взобравшись на голову статуи Мадары.

***

Кабуто уже давно валялся в сторонке без сознания, а марионетки Наруто до сих пор гоняли по поляне Орочимару. Саннин уже понял, что ему не победить, но удрать ему не давал установленный Наруто барьер. Шурадо отрастил еще две пары рук, пальцы которых были полыми, и из них в саннина летели сенбоны. Из ладоней оставшейся пары, время от времени, выстреливал луч лазера. Нингедо, Тендо, и Чикушодо дрались в рукопашную. Гакидо время от времени появлялась перед ними, чтобы поглотить ту или иную технику, выпущенную Орочимару, а Джигокудо ждал в стороне своего часа. Иногда саннину удавалось зацепить какое-либо тело клинком Кусанаги, но марионетка с внешностью Второго Хокаге тут же их восстанавливала. Тендо иногда притягивал или наоборот, отталкивал саннина, подставляя его под удары Нингендо и Чику. В конце концов, Орочимару поднял руки вверх.

– Сдаюсь, - прохрипел он.

– Тридцать пять минут и двенадцать секунд, - констатировал Наруто.
– Чику, ты проиграла.

– Сильным, гад, оказался, - сказала блондинка.
– Надо было спорить на тридцать шесть минут.

– О чем спорили?
– спросил Тендо.

– Если бы вы победили Орочимару меньше, чем за тридцать пять минут, то я должен был бы Чику... кхм... одну, скажем так, услугу. Но Чику проиграла.

– Всего-то на несколько секунд, - ответила блондинка.
– Нару, может не стоит?

– Стоит!
– вдруг вмешался Шурадо, уже успевший принять обычную форму.
– Проиграл - плати! Первый закон жизни.

– Так на что спорили-то?
– влезла Гакидо.

– Чику проспорила, а значит она не будет лезть в мои любовные дела с Хинатой, - пояснил Наруто.

– И только?
– усмехнулся Нингендо.
– А я то думал...