– Меня любовь греет, - весело улыбнулся я.

Скользнув по мне подозрительным взглядом, Том всё же принял мою куртку и, стянув с себя трясущимися руками кожанку, протянул мне. Обменявшись частичками друг друга, я отвернулся к окну и начал рассматривать красивые улицы города. Стало как-то грустно и тоскливо, даже сам не знаю, почему именно. Тихая музыка смутно доносилась до моих ушей, порой отчётливо слышалось постукивание зубов брата, а краем глаза я видел, как в одном такте метались по лобовому стеклу дворники, прогоняя в сторону пушистые снежинки.

Ветер усилился, и я отчётливо заметил, как многие жители Магдебурга, которые в этот момент находились не в своих уютный и тёплых квартирах, а где-нибудь на улице, совершенно не обращая внимания на мороз, начали постепенно скрываться в каких-нибудь магазинах или кафе. Почему-то захотелось горячего зелёного чаю с малиновым вареньем…

Я мечтательно вздохнул, понимая, что за всё время полёта в моём желудке не было не единой крошки. Нужно будет поесть, как только приедем домой. Хотя, мама ведь куда-то исчезла, и, наверное, ничего из свежеприготовленной еды в мой желудок в ближайшее время точно не отправится.

Я задумчиво скривился, совершенно не замечая вокруг себя ничего и никого. Когда такси остановилось, я стукнулся лбом о стекло, тихо чертыхнулся и, когда Том пихнул меня в бок локтём, вышел на улицу.

Мы забрали свои чемоданы и направились к дому, оставляя за собой на снегу вереницу ровных следов и пару полосок от чемоданов. Я распахнул дверь, которая оказалась не запертой, и протиснулся внутрь, кое-как протащив свой чемодан в комнату.

– Билл! – я повернулся на радостный голос Лили, которая в этот момент лежала на кровати и с открытыми глазами слушала музыку в наушниках.

Я улыбнулся и, пока девушка откладывала в сторону плеер, поставил чемодан рядом со своей кроватью.

– Я уже решила, что вас фанатки разорвали на сувениры, - Лили подошла поближе.

– Не успели, - я весело хмыкнул и приобнял её за талию.

– Холодный, - проскулила она.

Я чуть отстранился, быстро стянул с себя кожанку, бросив ту на кровать, и снова притянул к себе Лили, невесомо поцеловав. Её руки скользнули к моей шее и притянули меня ещё ниже, отчего мне пришлось немного согнуть колени, чтобы находиться с ней на одном уровне. Пальцы запутались в её футболке, ее горячее дыхание обжигало мои замёрзшие после улицы губы, штанга постоянно цеплялась за её зубы…

– Кхм, - послышалось со стороны двери, на что я чуть приоткрыл глаза и склонил голову под другим углом, чтобы можно было видеть Тома и не отрываться от такого манящего занятия.

Я почти незаметно улыбнулся, а Лили отстранилась от меня и как-то испуганно посмотрела на нарушителя нашего уединения.

– Что с тобой? – удивилась девушка, вглядываясь в слегка посиневшее тело брата, который стоял перед нами в одних своих безразмерных джинсах, еле державшихся на его бёдрах с помощью ремня.

– Замёрз, - его передёрнуло от очередной волны холода.

– Там, - девушка прокашлялась, а я притянул её чуть ближе к себе. – Там чайник недавно вскипел. Выпей, а то заболеешь.

Том неопределённо махнул рукой и скрылся из виду.

– Ты тоже, давай, - Лили подтолкнула меня к двери. – Не хватало ещё на Новый Год приносить вам обоим бульон в постель…

Я неохотно оторвал от её талии руки и последовал примеру Тома, который успел скрыться на кухне.

– А где псина? – попытался спросить я.

– Не знаю, - девушка только сильней толкнула меня в спину, отчего я буквально влетел на кухню.

Она усадила меня на диван и принялась наливать горячий чай. Том покосился на неё, затем на меня и сильнее сжал пальцами свою кружку. Мне почему-то стало немного не по себе от того, что мой брат ходит полуголый перед Лили. Захотелось отослать Тома переодеваться, но я сдержался.

– Держи, - девушка протянула мне кружку и повернулась к Тому. – Почему голый? Живо иди, одевайся!

– Но я только сел… - простонал он.

– Давай, давай. Заболеешь, я не буду с тобой нянчиться.

Я хмыкнул, проводив брата насмешливыми глазами в сторону двери. Стоило ему исчезнуть из виду, как до меня долетел его приглушённый голос.

– О, мам! Ты где была?

– Том? Вы уже прилетели? – раздался взволнованный голос матери.

– Да.

Хлопнула дверь, очевидно, комнаты брата, затем через пару секунд на пороге появилась слегка растрепанная мама с мокрыми волосами и красными щеками.