Задолго до рассвета Алекса разбудила волна безотчетного страха. Лежа на спине, он открыл глаза, но ничего не изменилось. Впервые в новом мире тучи столь плотно затянули небо, что окружающая тьма показалось совершенно кромешной. Нащупав zippo, щёлкнул крышечкой. В неверном свете трепещущего огонька едва-едва проступал круг покрывшегося пеплом кострища. Слепо ткнувшись пальцами ощутил тепло и принялся нетерпеливо сгребать пепел. Вскоре в темноте ярко засветились несколько угольков.

Провозился минут двадцать, украсил лоб, подбородок и даже кончик носа тёмно-серыми пятнами и полосами, но своего добился — возродить маленький огонёк удалось без помощи зажигалки и сейчас он весело пожирал тонкие слегка отсыревшие за ночь веточки. Потянуло сначала дымком, а вслед и аппетитным запахом поджаренного сала…

Завтракал остатками вчерашнего ужина. Ел с удовольствием, не торопясь. Рыбка безусловно удалась, лишние часы в углях ей явно пошли на пользу. Пусть без соли и перца, зато сочная и мягкая… Просто во рту таяла. После полусгоревшего жирного жилистого мяса такое любому покажется достойным богов. Короче, от вчерашнего праздника живота на утро осталась лишь самая мелкая из рыбешек.

Далёкий край земли на противоположном берегу речушки к концу перекуса слегка посветлел. Предутренние страхи сменились досадой на собственную беспечность. Расслабился… Как только исчез дамоклов меч голода и жажды, почувствовал себя в безопасности. Этакая глупость настолько взбесила, что Алекс почти насильно заставил себя опуститься на изрядно разворошенную лежанку.

«Десять, девять, восемь, семь, шесть, пять, четыре, три, два, один…»

Старая, еще детская привычка, он даже не помнил как и откуда она взялась. Немудреный отсчет, те не менее, надежно сбивал излишнюю нервозность и ненужную торопливость. Вот и сейчас дурное желание немедленно вскочить и нестись сломя голову слегка отступило… Нарочито замедленно Алекс поднялся и слегка поерзав плечами поудобнее умостил древко копья. Сегодня он решил его использовать на манер коромысла распределив поклажу на равные половины. Естественно, далеко удаляться от воды он не собирался, однако, идти непосредственно по заросшему невысокими, но густыми кустами берегу казалось весьма проблематично. Лес от кустов отделяла неширокая, семь-восемь метров пустая полоса прикрытая лишь короткой густой травой. Весьма удобная, но ее открытость пугала и Алекс выбрал край леса.

Так он и шел весь день неспешным, на неискушенный взгляд, шагом опытного выживальщика. Мандраж исчез вместе с избытком адреналина и теперь, обеспечив этакий минимальный «социальный пакет робинзона», Алекс больше не торопился. Волчий ход с короткими остановками сменились на четырехчасовые переходы и получасовые привалы с легкими перекусами. Скорость передвижения ощутимо снизилась, но летом дни долгие и ближе к вечеру он вслед за речушкой уткнулся в самую настоящую реку в полста метров шириной, что шустро несла свои бурные и довольно-таки мутные воды между крутыми берегами. Алекс осторожно подошёл к осыпающемуся краю каменистого обрыва. На последнем переходе он уже практически не обращал на речушку внимания и не заметил, что она спряталась в неглубоком овраге и сейчас смотрел как она растекается светлым пятном в грязно-жёлтом бурном потоке.

Алекс пребывал в некотором замешательстве. Столь вожделенная река неожиданно предстала в неприглядном виде, что провоцировало весьма неприятные воспоминания на фоне которых усиленно зашевелились уже совершенно безрадостные подозрения. Всё же фантастику, он читал много и с удовольствием, а там, особливо в современной, все больше, глобальный апокалипсис, да загаженные по самое не могу планеты с которых всё мало-мальски адекватное население сбежало на орбитальные станции. Ладно хоть космического железа в небесах, вроде как, не мелькало. Осторожно спустился к воде вызвав целую осыпь мелких камешков. У самой воды выбрал местечко поровнее и присел. Ни фекалиями, ни техногенным дерьмом от реки не тянуло. Внимательно всмотрелся в поток и понял, что всё не так уж и плохо. Всего навсего быстро несущаяся вода захватывала и волокла с собой песок, частицы глины и прочий донный и береговой мусор. Тем не менее, и жажда, и желание окунуться резко сошли на нет.

«Ешкин кот! Точняк, тут Хомо Современикус'ы порылись. Про весенний паводок все, небось, успели прочно позабыть. Природный дебит [9] уже пару месяцев, как выровнялся, а, значитца, солидная равнинная река давным-давно должна бы успокоиться и чистенькая, да прозрачная неторопливо катиться по основному устоявшемуся руслу…

Впрочем… Как вещал Борисыч после третьей рюмки: «Ищите ложку меда в любой бочке дёгтя, пога-а-а-анцы!» Есть тут разумные, е-е-е-есть. Зверушки божьи тварюшки такого не сотворят, тута думать треба, мозгой шебуршать…

Ладно, хорош чахнуть, не вселенский апокалипсис, чай! Поднажму, глядишь, до темноты основная катаклизма позади и останется.»

Пятнашка по пересеченной местности? Кушали, знаем… Алексу посчастливилось зацепить еще той армии, где утро начиналось с пятикилометровой пробежки, автоматные патроны считали не штуками, а цинками и ТТ знакомого прапора не вызывает никаких эмоций, поскольку собственный АПС задолбал хуже атомной войны. Расстояние он не засекал, просто взял темп и… «от столба и до обеда», то бишь до заката. Лес постепенно отдалялся от берега и медленно менялся. Алекс больше вперед, да под ноги смотрел, потому увидел знакомые псевдососны далеко не сразу, а узрев, тут же решил именно здесь устроиться на ночёвку. Мощные ветки раскинувшиеся на уровне второго этажа смотрелись весьма соблазнительно в качестве удобного и безопасного лежбища, да и время уже ощутимо клонилось к вечеру.

Лениво развалившись на только что наломаных ветках с длинной и мягкой хвоей, он наслаждался теплым излучением костра тщательно и аккуратно обгрызая слегка недожаренный сочный барсучий окорочок. Без соли и перца не деликатес, конечно, да и подгорел слегонца пока разогревался, но Алекс уже притерпелся к столь мелким жизненным пакостям.

«Кавалерийский гад попался, жилистый.

Санаторий бли-и-ин! Пешие прогулки до упада, вина, водки нет и пока не предвидится, жирное и копченое тоже. Мясо, самка собаки, и то несоленое! Диета блин-н-н.