— Поэтому, раз вы специалист, вы просто обязаны снять проклятие с моего сына. Он пострадал в школе, в которой вы преподаватель.

— А мистер Дамблдор — директор Хогвартса и сильнейший светлый волшебник нынешнего столетия, — легкое пожатие плечами. Не стоит давить на совесть, ее у Гарри не осталось. — Тогда скажу вам прямо, миссис Лонгботтом. Я не стану снимать проклятие с мистера Лонгботтома, пока он не научится вести себя в обществе, как подобает. И ухаживать за понравившейся девушкой, не прибегая к шантажу и угрозам.

Минерва за спиной леди была готова зааплодировать, директор поморщился.

— Профессор Певерелл….

Гарри упрямо вздернула подбородок.

— Это мое окончательное решение, директор. Отменить наказание сейчас — непедагогично, попустительством мы только позволим и дальше развиваться криминальным наклонностям мистера Лонгботтома, если он уже сейчас осмелился угрожать однокурснице. И это Гриффиндор, факультет благородных и честных?

С каждым словом лицо Августы наливалось угрожающей краснотой, Гарри даже стала опасаться, что женщину сейчас хватит апоплексический удар.

— Разрешите идти, мне еще нужно подготовить некоторые демонстрационные материалы к уроку у седьмого курса. Директор, профессор Макгонагалл, миссис Лонгботтом, — кивнула.

Стоило двери прикрыться, как раздался возмущенный восклик Августы Лонгботтом. На лицо сама выползла довольная усмешка. Назвав женщину "миссис", а не леди, она не просто унизила, но показала, что не считает равной себе. Да и как можно считать равной человека, воспитавшего из сына… такое. Волшебница передернула плечами, пока лестница везла ее вниз. Ничего, молодому мистеру Лонгботтому полезно узнать, что в мире ничто не остается безнаказанным.

Но что-то внутри подсказывало, что сегодняшнее происшествие не пройдет бесследно.

Гарри как в воду глядела. Через два дня "Пророк" устами, точнее, пером, Риты Скитер разразился статьей о падении нравов среди некоторых аристократических семей. На первой полосе смущенно алел ушами Фрэнк Лонгботтом, под руку с матерью идущий в Мунго. Августа чеканила шаг, прямая, как палка.

А еще Скитер писала о прекрасных годах юности, полных чувственных и нежных открытий. И надеялась, что администрация школы проследит за нравственностью студентов, некоторые из которых, такие, как Сириус Блэк, обрели в Хогвартсе свою истинную любовь — скромную девушку по имени Алиса.

Пронырливый жучок. Первым порывом Гарри было проклясть журналистку, однако та писала хорошие статьи, иногда даже в верном ключе. А еще не рискнула связываться с семейством Блэков, если девушка и в самом деле окажется избранницей, а потому имя Алисы почти не упоминалось. И не иначе, как в положительном контексте.

Появление леди Вальбурги посреди ужина Гарри посчитала чем-то закономерным, а потому отложила газету. Минерва выглядела почти обреченной. Все же Сириус относился к ее факультету, об остром языке его матери разве что легенды не слагали. Спорить с леди не хотелось никому.

Ко всеобщему изумлению, Вальбурга подошла не к Минерве, а к Гарри.

— Профессора, директор, мое почтение. Приношу извинения за несвоевременный визит, но у меня возникло срочное дело. Профессор Певерелл, не уделите мне немного своего времени?

— Разумеется, — растерянно произнесла женщина, отложила столовые приборы и поднялась.

Пока они шли к покоям декана Слизерина, Гарри видела, что леди взвинчена, руки ее подрагивали, она тянулась к палочке, будто намереваясь проклясть первого, кто встанет у нее на пути. Лишь воспитание не позволяло ей эмоционально отреагировать на ситуацию. Однако дверь закрылась, и леди заметалась по гостиной. Певерелл подумала, что чай здесь не поможет, даже если она вольет туда галлон Успокоительного зелья, и достала огневиски.

Женщина выглядела демонически красивой, энергия так и струилась от нее, клубилась, искрилась в волосах чуть ли не огнями святого Эльма. Настоящая ведьма!

— Леди Вальбурга, я понимаю причину вашего визита, но считаю, вам нужно было обратиться к профессору Макгонагалл, все же она декан вашего старшего сына.

Неожиданно эта фраза успокоила женщину, заставила ее взять себя в руки. Вальбурга опустилась на диван, приняла предложенный бокал и усмехнулась.

— Профессор Макгонагалл — декан Гриффиндора, но декан моего сына уже давно вы, леди Певерелл. Обоих моих сыновей.

Она сделала глоток, отставила бокал и потерла виски руками.

— Я всего могла ожидать от Сириуса, с его-то бунтарским характером, — призналась она, открыто, немного устало. Гарри понимала ее как никто другой. Иногда даже сильным женщинам нужно выговориться, найти молчаливого слушателя, способного дать дельный совет. И приятно, что ее посчитали достойной кандидатурой. — Но думала, наши отношения налаживаются. По крайней мере, он уже не воспринимал в штыки все мои слова. За это надо отдельное "спасибо" сказать вам и вашим факультативам.