— Насладимся, — ответил он, целуя ее. — После свадьбы Викки мне нужно будет уехать в Рио, и я возьму тебя с собой. А уж там-то, уверяю тебя, будет достаточно солнца, песка и секса.

— Рио! — воскликнула Лора. — Я там никогда не была! Слушай, как здорово! Знаешь, дорогая, — сказала она Викки, — жизнь с твоим отцом похожа на вечный медовый месяц!

— Если хочешь добиться того, чтобы я к тебе приревновала, то напрасно теряешь время, — ответила Викки. Она взглянула на отца и улыбнулась. — Но я согласна, это самый лучший папа в мире!

— А ты лучшая в мире дочка! — подмигнул ей Ник.

Из всех своих детей он более всего отличал Викки. Может, потому что она была самой младшей, самой невинной. Но, может, и потому что она очень походила на свою мать Эдвину. Ник любил Лору, но в его сердце навсегда заняла место первая жена.

— Вас зовут мисс Викки Флеминг? — спросил молодой человек с изрытым оспой лицом. На нем был черный костюм шофера и фуражка.

Викки только что села за угловой столик в «Павильоне» и собралась позавтракать со своей сестрой Файной, которая, кстати, должна была исполнять роль подружки невесты на свадьбе.

— Да.

— У меня поручение от мистера Росса Харрингтона.

Я его шофер, и мне велено отвезти вас в Фар-холлз. Мистер Харрингтон сказал, что это очень важно.

Викки встревожилась.

— Что-то случилось? — спросила она. — Росс заболел?

— Не знаю, мисс. Я только знаю, что мистер Харрингтон сказал, что речь идет о чем-то чрезвычайном. И я срочно должен отвезти вас туда.

— Но я сейчас завтракаю с сестрой…

— Он сказал: срочно.

Викки вздохнула:

— Похоже, завтрака не будет.

Она взглянула на шофера, как бы еще не решаясь идти с ним, потом сказала:

— Я сейчас приду.

— Я буду ждать на улице в машине, мисс.

Спустя три минуты Викки в плаще и шляпке вышла из самого дорогого нью-йоркского ресторана на углу 57-й улицы и Парк-авеню. Это был ветреный и дождливый осенний день. Зонты у прохожих прогибались под резкими порывами ветра. Шофер — он был невысокого роста, но очень крепкий, — стоял под черным зонтом у черного «кадиллака». Викки подождала немного под козырьком подъезда, рассчитывая на то, что он подойдет к ней с зонтом, но это, по-видимому, не пришло ему в голову, и она, решив, что он недавно взят Россом на работу и еще не знает таких вещей, сама побежала под дождем к машине. Он открыл заднюю дверцу, и она села. Закрыв дверцу, он сел за руль, завел машину, и они поехали на запад по 57-й улице.

Ее взгляд остановился на пепельнице, устроенной в дверце автомобиля, — она была до отказа набита сигаретными окурками. «О, этот парень скоро потеряет свою работу», — подумала она. Викки знала, что ее будущий свекр не выносит одного вида окурков.

Она была спокойна до тех пор, пока спустя двадцать минут они не выехали из туннеля Линкольна. Она отодвинула стеклянную перегородку и сказала:

— Простите, но так мы не приедем к Харрингтонам. Я была у них сто раз и…

— Я везу вас не к ним домой, мисс. Мистер Харрингтон сейчас в охотничьей сторожке.

— В какой сторожке? Я никогда не слышала, что он увлекается охотой.

— Сторожка принадлежит не мистеру Харрингтону, мисс. Она принадлежит мистеру Корбетту.

— А кто такой мистер Корбетт?

— Деловой партнер мистера Харрингтона, мисс. Они вчетвером или впятером собрались в сторожке.

— Но… — Она нахмурилась. — Я что-то не понимаю. Неужели кого-то убили по ошибке?..

— Нет, мисс.

— Тогда зачем… Странно… Я что-то ничего не понимаю.

Он не ответил. Она вдруг заметила, что он смотрит на нее в зеркальце. В его темных глазах было нечто пугающее. Она откинулась на спинку своего сиденья. За окном теперь пошли деревья да редкие убогие лачуги. Машина мчалась по ухабистой дороге со скоростью 75 миль в час.

Она вновь наклонилась вперед.

— Как ваше имя? — рассерженно спросила она.

— Уильямс, мисс. Уильям Уильямс.

— Так вот, Уильям Уильямс. Я попрошу вас высадить меня у следующего дома. Я собираюсь позвонить Харрингтонам и выяснить, что же произошло. Надо было, конечно, позвонить еще из города.

К ее удивлению, он ответил:

— Отлично, мисс. У следующего дома.

Она опять откинулась назад и даже подумала, что, может быть, зря так волнуется.

Они миновали какую-то ферму с обшарпанными стенами.

— Я сказала: у следующего дома! — почти крикнула Викки.

— Прошу прощения, мисс, не успел затормозить. У следующего обязательно.

— Хорошо же! Вы остановите машину у следующего дома, а я непременно расскажу потом мистеру Харрингтону о том, что вы тут вытворяли!

— Прошу прощения, мисс.

Спустя минуту он свернул на неровную проселочную дорогу и заехал в лес.

— Здесь нет дома! — крикнула испуганно Викки.

— Есть, мисс.

Машина вся сотрясалась на ухабах и рытвинах. В двух сотнях ярдов от дороги он остановился. Она вся дрожала. Он вышел из машины и открыл ее дверцу.