Изабелла подошла к ее кровати, легла рядом с ней и зашептала так тихо, чтобы их никто не услышал:

— Королева-мать разговаривала с тобой сегодня днем?

Луиза кивнула.

— Со мной — тоже, — сказала Изабелла.

— Кто твоя будущая жертва?

— Никогда не догадаешься.

— Готова поспорить, ему далеко до моего подшефного.

— Ты напрасно в этом уверена. Мне поручено заняться принцем.

— А мне — королем.

— Королем!

— Антуаном… королем Наварры.

Изабелла засмеялась.

— Да, верно, — сказала она. — Тебе достался король, а мне — всего лишь принц, но мой мужчина важнее твоего.

— Почему это? Антуан — самая значительная фигура при дворе после королевы-матери.

— Это только видимость, моя дорогая. Уверяю тебя, ему далеко до брата.

— Значит, ты займешься Конде?

— Ты мне завидуешь.

Луиза, рассмеявшись, запела так тихо, чтобы ее услышала только Изабелла:

— О, моя дорогая, — сказала Изабелла, — я вижу, ты ревнуешь.

— Кто не стал бы ревновать на моем месте? Но ты не соблазнишь Конде.

— Как бы не так!

— Он верен своей жене.

— Антуан — тоже.

— Думаешь, я боюсь соперницы — добродетельной гугенотки?

— Но ты, похоже, считаешь, что другая добродетельная гугенотка, святая Элеонора, помешает мне добраться до моего красавчика.

— Есть разница. Ты знаешь это, моя дорогая. Антуан — более легкая добыча.

— Возможно, дорогая, — сказала Изабелла, — именно поэтому королева-мать отдала ее тебе. Понимаешь, для меня она оставила более трудное задание.

— Не такое уж оно и трудное. Просто, вероятно, оно потребует немного больше времени.

— Как нам повезло! Они оба — очаровательные мужчины. И имеют высокие титулы! Нас ждет славное время.

— Я вся горю от нетерпения, — сказала Луиза, вскакивая с кровати. — Готова поспорить — я соблазню своего раньше тебя.

— Возможно, потому что мое задание — труднее. Желаю успеха с Антуаном.

— А я тебе — с Луи. Интересно, кто из них окажется лучшим любовником.

Изабелла щелкнула пальцами.

— Они стоят друг друга. Оба имеют большой опыт.

— Не забывай — они много лет находились в руках властных святош. Силы иссякают, техника забывается.

— Нам придется напомнить им о лучших временах, дорогая.

Они засмеялись так громко, что другие дамы посмотрели в их сторону. Никто не стал расспрашивать подруг. Все женщины Летучего Эскадрона знали, что королева-мать выбрала Луизу и Изабеллу для выполнения особого поручения. В таких случаях вопросы не задавались.

В зале для танцев было жарко. Антуан делал вид, будто наблюдает за танцующими; на самом деле он не замечал их — его внимание было приковано к даме, сидевшей рядом с ним.

Ему казалось, что он никогда еще не видел такой красавицы; она была пикантна, соблазнительна; большой вырез платья позволял видеть ее груди, соски которых были подкрашены в тон губам. Аромат ее духов волновал его; но сильнее, чем чувственная красота этой женщины, на короля Наварры действовали почтение и восхищение, которые излучали глаза дамы.

— Ваше Величество, это самый счастливый вечер моей жизни, — сказала она. — Сидеть рядом с вами, слушать вас — все это доставляет мне огромную радость. Я часто видела вас издалека, но не смела приблизиться к человеку столь высокого положения. Когда вы пригласили меня сегодня на танец, я решила, что умру от счастья.

— Моя дорогая, вам не следует проявлять почтение издалека. Вы должны выполнять этот ваш долг в непосредственной близости.

Она придвинулась к нему и положила свою кисть на руку Антуана.

— Я веду себя очень смело, — сказала она. — Что-то в моей душе освобождает меня от страха. Прошу вас, мой господин, не просите меня сесть еще ближе, поскольку тогда мои чувства заставят меня забыть об этикете, который подобает соблюдать в общении с лицом столь высокого звания.

— Вы правы — вам следует сесть ближе, — сказал Антуан. — Я не имею ничего против того, чтобы мне оказывали почтение, находясь в непосредственной близости от меня, когда речь идет о такой прелестной даме, как вы, мадемуазель де ла Лимодьер.

Она удивленно улыбнулась.

— Видите, мои руки дрожат, когда я прикасаюсь к Вашему Величеству.

— Почему, мадемуазель Луиза?

— Я буду смелой и откровенной. Это происходит потому, что я уже давно не замечаю при дворе никого, кроме вас.

Антуан сжал ее руку.

— Вы очень красивы, Луиза. Я думал о том, что ни одна из присутствующих здесь женщин не может соперничать с вами.

— Такие слова делают меня счастливой… когда их произносите вы, Ваше Величество.

— Я мог бы легко влюбиться в вас, — сказал Антуан.