Рэндалл водрузил на голову металлическое полукружие и развернул к себе микрофон.

— Губернатор, говорит Фил Рэндалл. Какова у вас там ситуация?

— Добрый вечер, мистер Президент, — сказал Данциг. — Я конечно, рад появлению воинских частей. Но я не уверен, как долго мы ещё сможем сдерживать толпу. У нас уже было несколько стычек расового характера, один раз в ход пошёл нож, к счастью, без фатальных последствий… Но положение дел может выйти из-под контроля. Все силы полиции брошены на умиротворение толп зевак, так что она не в состоянии установить охрану вокруг поместья. Полиция старается изымать оружие у их владельцев. Арестовано пять или шесть человек, скрытно имевших при себе револьверы… Не исключено, что один чёрный юноша в чёрном свитере и зелёных джинсах, свойственных для членов Ч. Ф., через лес пробрался к дому.

— Что происходит у Кроуфордов? — спросил Рэндалл.

— Точных данных нет. Мы думаем, что Ч. Ф., кроме четырёх Кроуфордов, задержал и чёрную женщину, что помогает по дому — утром она подъехала к нему. Это случилось до вашего выступления. Но теперь там стоит полная тишина, и она нас беспокоит. Я не пытался установить связь с домом. Насколько мы понимаем, первым должно было прозвучать ваше обращение к Ч. Ф.

— Спасибо, Элтон, — сказал Рэндалл. — Всё правильно. Я хотел подождать, пока все войска выйдут на позиции… Как вы оцениваете настроение тех чёрных, что наблюдают за происходящим?

— Я бы сказал, что всё висит на волоске, — ответил Данциг. — После призыва мисс Джонс в этот район прибыло четыре или пять тысяч чёрных, но большая часть из них шатается по Принстону. Здесь на месте настроение, скорее, отличается любопытством, чем воинственностью. На воинственные призывы мисс Джонс, как мне кажется, готовы ответить всего несколько сот человек. Конечно, мы не знаем точно, что у них на уме… Мистер Президент, я хотел бы обсудить с вами порядок командования на месте.

— Конечно, Элтон. Излагайте. Лично я стою за полное сотрудничество федеральных сил и штата.

— Естественно. Но думается, что право окончательного решения на месте должно принадлежать мне. Я губернатор и отвечаю за всё. И я хотел бы внести полную ясность на тот случай, если у нас разойдутся мнения с полковником Гилмуром.

— Никаких проблем, Элтон, — заверил губернатора Рэндалл. Он понимал, что Данциг, верный соратник по партии, постарается использовать то обаяние триумфа, с которым он осенью одержал победу на выборах. А если ему не удастся справиться с осложнениями, всегда есть Президент, на которого можно взвалить ответственность. Эти политические нюансы, подумал Рэндалл, просматриваются достаточно отчётливо. — Я согласен с вами. Единственное, о чём бы я попросил вас — если возникнут серьёзные проблемы, сверяйте их решение со мной. Как вы знаете, Ч. Ф. проводит свою операцию по всей стране. — Он хмыкнул. — И кроме того, 82-я, конечно, отвечает передо мной.

Данциг с трудом издал ответный смешок. Ему всё было ясно. Перефразируя обращённое к Черчиллю замечание Сталина о папе — сколько дивизий есть в распоряжении губернатора Нью-Джерси Данцига?

— Ладно, Элтон, — продолжил Рэндалл. — Мы поняли друг друга. А сейчас майор продиктует моё заявление, которое будет зачитано у каждого из захваченных домов. Как только будете готовы, направьте к нему кого-нибудь с мегафоном.

— Хорошо, — сказал Данциг. — Буду с вами на связи, мистер Президент.

Вскоре заявление Президента было принято в мобильном пункте связи рядом с Фейрхиллом и телексы донесли его до всех пяти остальных войсковых групп.

«Кому: «Чёрным Двадцать Первого Февраля».

От кого: от Президента Соединённых Штатов Америки.

Я ещё требую от вас сложить оружие и освободить захваченную вами собственность.

В данный момент эти владения окружены более чем полутора тысячами парашютистов 82-й авиадесантной дивизии, в рядах которых есть и белые и чёрные. В таком же положении находятся и все остальные дома, занятые Ч. Ф. Кроме того, агенты ФБР обнаружили командный пункт вашего руководителя Дэниела Смита в горах Северной Каролины. Время играет не в вашу пользу.

В данный момент на восточном побережье 6:20 вечера. Любой и каждый член Ч. Ф, который в течение трёх часов, то есть, до 9:20, подчинится моему требованию, получит полную амнистию. Вы будете находиться в распоряжении федеральных войск лишь пока власти не удостоверятся, что никому из обитателей домов не было причинено никакого урона. В таком случае вы будете немедленно освобождены и можете отправляться куда хотите. За вами не будут следить и кроме того, вы будете освобождены от обязанности удостоверять собственную личность. Если хотите, вы можете вообще ничего не говорить. В этом я заверяю как Президент.

Если же к 9:20 по восточному поясному времени вы не освободите захваченные владения, вы будете нести полную ответственность за свои действия по федеральным законам, законам штата и местным.

Я призываю вас во имя здравого смысла сдаться немедля. В противном случае вы подвергаете риску свои жизни, ибо ваш замысел не имеет ни малейших шансов на успех.

Филипп Г. Рэндалл».

Президент вернулся к своему креслу и устало опустился в него.