Не знаю…

Замерев, я только сейчас осознала, что каким-то образом смогла добраться до дома. Или же мне кто-то помог. Кто-то — это Мэдди? Хм. А разве она могла водить мою машину, опустошив в клубе ничуть не меньше рюмок со спиртным, чем я, да вдобавок ничего не соображая?

Нет, естественно.

А хотя…

Я высунула голову в окно, чтобы удостовериться во всем. Мой подарочек от родителей стоял на подъездной дорожке, поблескивая при солнечных лучах. Первым же делом я отметила одно — он был не поцарапанным, не с вмятинами, а целым, второе – припаркован идеально.

И как такое объяснить? Ах, да, просто: либо это мне кажется, и автомобиль на данный момент не здесь, а где-нибудь в другом месте, либо кто-то из нас научился водить, как Бог, в нетрезвом виде.

Подойдя к зеркалу, я открыла рот. На мне висела розовая пижама с какими-то зверятами-мутантами, наверняка, выжившими после химической катастрофы в зоопарке, на лице не виднелось признаков макияжа, нанесенного Мэдди. Я не знала, что и думать насчет всего этого, например, кто стер с моего лица грим или кто переодел в другие вещи. Уж в таком состоянии, в котором была вчера, я, наверняка, даже и ногами с трудом передвигать могла.

Возможно, обо мне позаботилась подруга…

Я ухмыльнулась, вспоминая, какой она вчера выглядела, опустошая очередной стакан спиртного. Получается, это тоже не Мэдди.

Но тогда кто?

И как моя машина оказалась возле дома, если никто из нас не был способен водить ее?..

Черт. Я бы могла не брать в рассмотрение вмешательство сверхъестественных сил, но учитывая то, что я необычный человек, знаю о точном существовании ангелов и демонов (и прочего), все же возьму.

Оторвавшись от своих раздумий и решив пока не ломать голову, я стянула пижаму, затем отбросила ее в сторону. Мой взгляд метнулся к зеркалу, где отражалось тело в нижнем белье. Я действительно была чистой. Полностью. И пахла приятно. Ни алкоголем, ни потом, а весенними цветами. Это еще больше ввело меня в заблуждение.

Меня кто-то мыл. Вытирал. Видел голой.

Голой!

Я замерла. Шок и удивление напали на лицо. Медленно крутясь вокруг своей оси, я смотрела в отражение, пытаясь найти всему объяснение путем исканий ответов в голове, потом резко остановилась, когда на шее увидела то, что подвергло в ужас.

Татуировку.

Черную, небольшую татуировку. Она шла какими-то непонятными линиями вниз от корней волос, напоминая китайский иероглиф или сломанное от порыва сильного ветра дерево. Сначала я стояла в недопонимании несколько секунд, а затем, проведя пальцем по темной полоске, и убедившись, что она, к несчастью, не сотрется, запаниковала.

Неужели я могла до такой степени напиться, что набить себе татушку?

О, Боже! Что делать теперь? Если родители увидят ее, они убьют меня! Закопают заживо, черт!

Я металась из угла в угол, пытаясь найти телефон. Отыскав его в своей сумочке, дрожащими пальцами нашла Мэдди в списке контактов и нажала на кнопку «вызов».

— Прайс, прошу, вот только не жалуйся сейчас! Мне тоже хреново! — прохныкала подруга.

Я схватила штаны с тумбочки.

— Слушай, мы не посещали вчера никаких сомнительных заведений вроде тех, где художники-неудачники в грязных подвалах наносят людям, а особенно пьяным, молоденьким девушкам, нестирающиеся рисунки?

Мэдди на мгновение затихла.

— Странный вопрос. Честно ответить?

Я нырнула в серые штаны и начала натягивать кофту, сказав:

— Угу.

– Не помню. Я вообще ничего не помню.

Выругавшись, я схватилась за голову и глядела в зеркало, немного вытянув шею в сторону, чтобы была видна татуировка. Единственный, оставшийся шанс на объяснения со стороны Мэдди умер. Отныне я в западне.

— Ты не поверишь, — выдохнула, потихоньку закрывая пальцами чудаковатый узор.

— Что случилось? — забеспокоилась она. — У тебя такой голос, словно…

— … словно что-то случилось? — явно не радостно ухмыльнулась я и накрыла лицо рукой. — Да. Случилось. У меня откуда-то татуировка на шее! Черт, Мэдди! Ты представляешь?

— Татуировка? В смысле, настоящая?

— А какая еще! — чуть ли не плача, выдавила я.

От подруги полились разные слова удивления и задумчивое мычание с предугадыванием, откуда у меня на шее появился непонятный рисунок.

— Так, Прайс, не ной! — потребовала Мэдди, когда я заревела, отвернувшись от зеркала. — Все будет нормально. Родители не видели ее?

— Вроде бы, нет.

— Отлично. Ничего не делай сейчас, жди меня. Я приеду.

Через полчаса явилась Мэдди, заставшая меня на кухне с заплаканными глазами и в обнимку с горячим кофе. Закрыв дверь, она быстро стянула с себя верхнюю одежду и села ко мне, прикусив губу. И как обычно, в доказательстве того, что вчера блондинке не было скучно, на ее лице красовались солнцезащитные очки, из-за которых не виднелось огромных мешков.

В отличие от меня, она хоть как-то пытается скрыть тот, вчерашний позор…