– Лёха, это правда? – Вклинился Филин.

– Я не был на том перевале, - Покровский пожал плечами. – Я в Нальчике тогда траншеи копал, ждали фон Клейста в гости. Могу только за госпиталь сказать, его действительно разбомбили.

– Слушайте дальше, - Леонид попытался разглядеть хоть какие-то эмоции на лице у Варвары, но пока она прикрывалась маской иронии. Как говорится, «мели, Емеля, твоя неделя». – Немцам удалось откопать из-под снега несколько тел, в том числе и Варвару. Она мало чем отличалась от прочих изуродованных трупов, но очень скоро ожила и быстро пошла на поправку без всякой медицинской помощи. Смекнув, что дело пахнет мистикой, генерал Ланц, командир дивизии «Эдельвейс», срочно связался с командованием и вскоре на перевал прибыл человек, связанный с Аненнербе, известной организацией, занимавшейся сбором и тщательным изучением любых мистических трофеев. Этим человеком был Отто фон Штиль. А историю воскрешения Варвары ему рассказал капитан Харальд фон Хиршфельд… вы знаете его под фамилией «Золкин».

– Вот они откуда растут… - Филин негромко присвистнул, - ноги-то.

– Именно так. В дальнейшем фон Штиль занимался в лабораториях Кенигсберга-13 изучением Варвары, и пытался сделать на основе её крови сыворотку для превращения солдат в бессмертных героев… или, как выразился Хиршфельд – в берсерков.

– Да, это словечко от него пошло, - Филин кивнул.

– Когда опыты увенчались относительным успехом, майор к тому времени Хиршфельд был назначен ответственным за полевые испытания. Он, и его егеря водили берсерков в бой, поскольку сами «неуязвимые герои» оказались годны только как бойцы, которым поставлена предельно четкая задача. На большее мозгов у них не хватало. Таким был «побочный» эффект. Вы и сами это всё знаете. Также в обязанности Хиршфельда входило заметание следов, чтобы не рассекретить проект «Серебряная рысь», так называлась программа создания «абсолютных солдат» фон Штиля. Он обожал красивые названия.

– Удар «Катюш» и взрыв поезда… в этой же цепочке?

– Да. Причем, «крысу» в штабе, которая отдала приказ ударить по своим позициям, так и не нашли, потому, что её там и не было. Удар по берсеркам, и по вам заодно, был нанесен вовсе не с подачи немцев. Зачем им было уничтожать своих «абсолютных солдат»? Фон Штиль рассчитывал получить их обратно после испытаний. Не всех, конечно, но большую часть. Поэтому поезд и остался на месте после выгрузки берсерков. Однако, всё пошло не так, как рассчитывал Штиль. Его подопытных разметали на кусочки и сожгли «Катюши». Такое ощущение, что кто-то знал о секрете Штиля и противодействовал ему, но делал это втайне от советского командования.

– Непростая задача.

– Конечно. Если ты не обладаешь необычными способностями. А вот если наоборот, например, ты умеешь внушать людям всё, что тебе требуется, это дело плёвое. Знаете, где находился штаб гвардейского артдивизиона? В соседнем с госпиталем здании.

– Ты намекаешь, что прорыв немцев остановила… Алевтина?

– Фактически – да. Она же обрекла вас на вечную жизнь. Ведь не попади вы под артналёт вместе с фрицами, не стали бы тем, кем стали.

– Но поезд взорвал Хиршфельд?

– Он только контролировал исполнение. На самом деле поезд был взорван дистанционно фон Штилем. Он предусмотрел такой случай и заминировал поезд со всем старанием. И систему подрыва установил самую лучшую. В Кенигсберг к тому времени были завезены очень мощные передатчики и прочая радиоаппаратура, шла подготовка к запуску новейшей ракеты ФАУ-2А10, поэтому проблем не возникло. Когда Штиль понял, что никто из солдат не вернется, а поезд с секретным оборудованием фактически попал в руки врага, он решил избавиться от него. Хиршфельд, как всегда, это проконтролировал. Вы почти помешали егерям, но тут Харальд сработал на опережение – взял вас нахрапом, внушил, что он из СМЕРШ и заблокировал любую вашу инициативу. Ему требовалось, чтобы вы оставались рядом и не могли доложить о происходящем хотя бы до того момента, когда прилетят пикирующие бомбардировщики и окончательно уничтожат секретный поезд.

– Всё продумали гады, - Филин усмехнулся.

– Да, почти всё. Кроме того, что Алевтина-Варвара начнет свою игру.

– А вот это интересно, как Алевтина очутилась у нас, если была подопытной у Штиля? Как она умудрилась сбежать из лабораторий посреди Кенигсберга? С помощью внушения?

– Можно сказать и так. Дар внушения, или гипноза, формировался у неё постепенно. Подозреваю, что до того, как Штиль начал её изучать, Варвара не знала об этой своей способности или не умела пользоваться. Зато, когда осознала и научилась, стала применять направо и налево. Для начала она убедила Штиля, что русские всё равно придут в Кенигсберг и уничтожат все его труды, поэтому её надо спрятать понадёжнее. В общем-то логично. Но Алевтина-Варвара внушила Штилю, что самый надёжный способ спрятать что-то, это положить на виду. И вот вам, пожалуйста, в нашем госпитале появляется капитан медслужбы Ерёмина. Как умели стряпать документы в Абвере, не мне вам рассказывать.

– Зачем же Хиршфельд пытался утащить её за линию фронта?

– Он-то не знал о замысле Штиля и Варвары-Алевтины. Ему, как и всем, было сказано, что «образец номер один» сбежал. Воспользовался гипнотическими способностями и был таков. Когда Хиршфельд обнаружил «образец» в маске доктора Ерёминой, он тут же приставил к ней охрану. Да такую, которую не загипнотизирует и сотня цыганок. Есть на свете такие люди. Из вас, наверное, только Бадмаев к ним относится. Возможно, близко к этому типажу был ещё Ворончук. Но Хиршфельд всё же понимал, что лучше подстраховаться и уколол фальшивую Алевтину каким-то наркотиком, да в смертельной дозе. Или вовсе ядом. Помните, она выпала из машины и забилась в конвульсиях? Это была агония.

– Она утверждала, что ничем не кололась.

– Это она Ворончуку говорила, про сыворотку. И говорила чистую правду.

– Но в том шприце, а после – в пробирке, которую прикарманил Покровский, была сыворотка, а не наркотик или яд.

– Всё верно. Яд был в другом шприце, он остался у диверсанта, который провожал «Алевтину» в машину. А шприц с сывороткой она прятала в кармане и бросила его, когда поняла, что задумал Хиршфельд. Так она отомстила Харальду, свела все его усилия по заметанию следов на нет, а заодно продвинулась вперед по пути реализации собственного плана. Наши получили сыворотку, то есть, заглотили крючок, что Алевтине-Варваре и требовалось.