– Я от своих слов не отказываюсь, Дмитрий Иванович, – серьезно сказал Кудрявцев, – чаю хотите?

– Хочу, – ответил Димон. Он почувствовал, что разговор может иметь непростое продолжение, и решил, что чай ослабит напряженность.

Я хочу спросить, в чем она провинилась, Вера Ивановна? За что вы ее уволили?

– Служебное несоответствие, – не задумываясь ни на секунду, ответил Кудрявцев. – Сами посудите: у вас подберется молодая, техничная команда. А Вера Ивановна уже не современная, и вам она не попутчик, она ведь даже Exсel на владеет! Бизнес может пострадать, а главбух – фигура важная, ключевая фигура.

У Димона в голове пронеслись эпизоды последних дней. Кто настучал? Кто виноват? Он ведь никому об этом случае с таблицей не рассказывал, забыл тут же. Кто-то уже настучал, но кто? И, самое главное, зачем?

В зал неслышно вошла пожилая секретарша, поставила на стол чашки с чаем и блюдце с шоколадками.

– Попробуйте, Дмитрий Иванович. Это орехи в шоколаде. Вы таких не пробовали, я ручаюсь. Они растут только в одном месте на земле – на Гавайях, – гостеприимно предложил Сергей Степанович.

Димон аккуратно положил в рот один орех.

– Вкусно. На фундук похоже. – И довольно бестактно добавил, – у нас на даче такой растет за беседкой. В смысле не такой, а похожий, – он понял свою ошибку, и попытался исправиться, но у него не получилось, врожденная честность не дала соврать.

– Хотя, если его шоколадом залить, такой же будет.

Он понял, что совсем запутался с этими орехами и решил от греха подальше вернуться в тему:

– Так я могу нанять нового бухгалтера, Сергей Степанович? Это МОЙ бизнес?

– Я вам уже ответил, – досадливо сказал Кудрявцев, – конечно можете. У вас уже есть на примете?

– Да, и я могу сейчас назвать вам кандидатуру.

– Ну, зачем же? Готовьте приказ, я завизирую, и Девятов подпишет.

– Я все-таки скажу, – Димон ощутил в груди знакомый холодок, – это Булочкина Вера Ивановна.

Он ожидал, что Кудрявцев сейчас подавится гавайским орехом или начнет орать, или попросту выгонит его в шею из кабинета. Но ничего такого не произошло. Кудрявцев отхлебнул из чашки чай, и спокойно ответил:

– Ну, что ж. Надеюсь, это ваше обдуманное решение, спорить я не буду. Но, предупреждаю – вы с ней намучаетесь. Что еще?

У Димона в груди разлилась теплая волна благодарности к шефу. Возникло желание подбежать к нему, обнять, сказать что-то очень хорошее. Но надо было развивать успех. Действовать как Горыныч. Как бульдог. Брать Карлсона за горло пока он тепленький.

– Еще? Еще есть один проект. «Сто пудов» называется. Бесплатная газета для московских школьников. Если у вас есть время, я расскажу.

Кудрявцев ничего не ответил и прикрыл глаза. Возникла пауза.

– Сколько в Москве школьников? – спросил он через минуту, так и не открывая глаз.

– Без начальных классов – полмиллиона, – быстро ответил Димон.

– Не метро, конечно, но аудитория очень привлекательная, – рассуждал Кудрявцев, по-прежнему не открывая глаз. – И что, ничего подобного в школах еще нет?

– Нет, Сергей Степанович. А при чем тут метро? – у Димона появились слабые догадки, но они никак не складывались в идею.

– Дмитрий Иванович, вы что, в метро совсем не бываете? – Кудрявцев открыл глаза, – я и то бываю. Газету «Метро» знаете?

– Он – гений, он великий, – пронеслось в голове Димона. – Мгновенно понял все! Это, действительно, одно и то же. Газета бесплатная, живет только за счет рекламы.

– Сергей Степанович, я торможу сегодня. Вы правы, идеи похожи, – сказал Димон вслух. – Только «Сто пудов» узко таргетированная газета, у нее будет контент специфический и рекламодатели тоже. Успех будет, несомненно, вот только в школы ее не пустят. Здесь потребуется очень сильная поддержка.

– Я подумаю, Дмитрий Иванович, – Кудрявцев улыбнулся, – постараюсь убедить руководство.

Выйдя от Кудрявцева, Димон медленно спускался по лестнице к себе. Полная эйфория постепенно сменялась каким-то тревожным чувством. Он сам не понимал, откуда оно взялось, и что было не так.

Как-то не так все получилось с Верой Ивановной. Как-то очень уж просто все получилось. И Кудрявцев быстро согласился, но он сказал, «если вы все хорошо обдумали»…. А он разве хотя бы секунду обдумывал? Он просто пошел напролом. Как баран.