— Это малая цена за то, что мир останется жить.

— Вы работаете с людьми, но не верите в человека. С чего вы решили, что пойдя по техническому пути развития, люди поняв, что он ведёт к гибели не смогут подкорректировать свою дорогу и не предотвратят катастрофу? Наивно полагать, что человек будущего глупее вас. Почему бы не совместить техническое развитие с душевным совершенствованием.

— Если бы не знал, что вы Орис-Атис, то по вашим речам я отнёс бы вас только к этой фамилии. Вечные бунтарки, пользующиеся покровительством правящей семьи.

Острый взгляд уже не напоминал приятного человека, он вворачивался в сознание, заставляя вздрагивать и теряться.

«Господи, да ведь он же гипнотизирует меня!», ахнула Ксения и опустила глаза.

— Вы так смотрите на мою жену, ваша мудрость, что мне кажется, вы забыли о принадлежности её мне, — обратил на себя внимание Ингвар.

— Ну что вы, ни на минуту не забыл, — как-то двусмысленно и недобро ответил служитель.

Беседа больше не клеилась, народ начал расходиться. Ксения не видела, а местные с любопытством выспрашивали у воинов, что же за жену такую привёз их возможно будущий ярл. А Ингвар был в смятении. Ксения не раз намекала на то, что служители не столь бескорыстны и безобидны. Северянину не было дела до них, он никогда не задумывался, что они повсюду, вне государств, вне политики и, тем не менее, обладают огромным влиянием. Ингвар посмотрел на Лерона, на Ксюшу и больше, человек вызывающий безотчётное доверие, не казался ему приветливым, безопасным. Но не могут же служители иметь отношение к бедам, царящим уже не одно десятилетие на их землях. Это невероятно. А эльфы, тролли, более вероятны? Ингвар даже тряхнул головой, столько мыслей одна противоречащая другой возникло в нём. Нужно вычленить главное. Он подбил людей работать и его дело обеспечить охрану, а уж кто попадётся эльфы или, кто другой, это неважно.

— Ксюша, не думал, что тебя волнуют проблемы общемирового значения, — заметил позже Ингвар жене.

— Раньше не очень, а вот увидела ваши земли, и покоробили слова его мудрости о ломающей лёд смеси. Сидит весь такой благожелательный, мудрый, сочувствующий. Захотелось «подёргать тигра за усы».

— Ласточка, у него нет усов.

— У тигра? Он же из кошачьих!

— Нет, у его мудрости.

— А-а, — леди улыбнулась, — все три слова метафора, а не только «тигр».

— Понял, — ответил улыбкой Ингвар. — Я так же понял, что ты затеяла это для меня, чтобы я посмотрел на служителя твоими глазами.

— Да, милый, иногда очень сложно самостоятельно вырваться из окруживших проблем и взглянуть на всё как бы сверху или со стороны. Я посторонний человек, я не вижу всех сложностей, которые видишь ты, поэтому мне остаётся смотреть только на явные, яркие штрихи событий, а они просто кричат о банальных диверсиях. Единственное что меня смущает, это сентенция «кому это выгодно?». Обычно всё совершается ради денег, сюда же отнесём наследство, конкуренцию в делах, не забудем про власть, реже поводом служит месть. А вот если подозревать служителей, то они действуют так жестоко ради мира во всем мире? Это как-то не укладывается у меня в голове.

— Ксюша, ты уникум. Тебе удалось вырвать меня из общего мнения, но не скажу, что разделяю твою точку зрения. Посмотрим.

— И то хлеб, — прижалась к мужу девушка и посмотрела на подошедшего лекаря.

— Леди, я столько учился, многое узнал, но только сегодня поймал себя на мысли, что мы все ВЕРИМ, что техническое развитие — это крах. А ведь я помню, как из-за лучших видящих ваш… — молодой человек замялся, — …первый муж оказывался посмешищем. Вроде и верное предсказание, да не совсем точное. А кто даст гарантию, что крах неизбежен? Мы в Метрополисе живём…жили хорошо, не было нужды задумываться, но то что я увидел здесь и услышал, как «не советует» служитель пользоваться «ломающей смесью» для общего блага, это всё заставляет сомневаться в известной истине. И я вам скажу, я буду думать! Потому как чувствую, что он неправ, а вы правы. Чувствую, — разволновался парень.

— Лерон, — мягко коснулась его руки Ксения, — вы умничка, но не забывайте об осторожности. Вы уже пострадали от служителей, уверена вы больше не думаете, что это был единичный случай. Волки в овечьих шкурах и нам им противопоставить нечего.

— Вы их боитесь? — тихо спросил лекарь.

— И призываю вас бояться, пока это самое разумное, — строго ответила леди.

Лерон кивнул и ушёл задумчивый.

Через день Ингвар с Ксенией вернулись в имение. Необходимо было получить заказанную тёплую одежду, поменять воинов, решить ещё несколько дел и тогда можно приступать к основной работе.

Больше всех возвращению брата с женой, обрадовался Алрик. На совместных трапезах он следил за Ксенией, отмечая, как она держит себя при общении, как ест, улыбается, молчит. Казалось его взглядов никто не замечал, кроме Кайсы. Алрику удалось вежливостью рассеять гнетущую атмосферу в доме и несколько дней прошли не столь тягомотно, как беспокоилась заранее гостья.

Вскоре она с мужем снова отправилась в разъезды и, проболтавшись за ним хвостиком почти месяц, они осели в посёлке возле шахты. Нужные специалисты для работы были привезены, необходимые связи налажены, оставалось только следить за работой.

Крошечный домик в личное пользование молодых вполне устроил. Ксения перевезла малое количество вещей, ровно столько сколько удалось навьючить на одну лошадь. Ингвар не собирался надолго задерживаться близ горы. В его планах было наладить работу и отправиться в город за наймом большего количества шахтёров. За этим следовали бы другие хлопоты.

Он уже не надеялся, что Ксюша уживётся в его родовом имении, и к выбору нового жилья, которое стало бы не менее значимым, собирался отнестись педантично. Ещё ничего не было ясно, поэтому определить в какой местности ему строить дом, было невозможно. Ласточка его поддерживала и тоже пока не могла сказать, где ей больше всего понравилось.