– Мама сказала, что ты заезжала ко мне за ключами?

На губах девушки заиграла лёгкая улыбка. Миша задаёт этот вопрос неспроста – значит он уже в курсе того происшествия.

– Да. Тебе разведка уже доложила? – она выдержала пристальный взгляд мужчины. – Что ты хочешь узнать?

– Я, хочу услышать твою версию.

– Мне, конечно, не приятна вся эта ситуация, но распускать руки твоему брату я не позволю. А во-вторых, скорее всего в этом спектакле принимал участие не он один.

– Что ты имеешь в виду?– прищурился Михаил.

– Я имею ввиду твою маму, – видя его непонимание, Таня пояснила, – как-то мы с тобой не виделись дня два или три, помнишь? Мы были в твоей комнате… не одетыми. Твоя мать, скорее всего, или видела нас, или слышала, чем мы занимались. Ты же прекрасно знаешь, что она не хочет видеть меня в качестве твоей жены. Подружки, любовницы, кем угодно, но только не женой.

– Почему ты мне раньше не сказала о том, что за нами шпионят? – строго спросил Миша.

– Тогда я решила, что мне показалось… как будто дверь стала открываться, ты наклонился и заслонил головой обзор, а потом всё осталось как было.

– Понятно, – Михаил нахмурился, о чём-то задумавшись. – Тебе надо было сказать мне о своих подозрениях. Хорошо, так что на счёт Вадима? – вернулся он к главному вопросу.

– Вадима? – не поняла Таня.

– Ты сказала, что он распускал руки, – подсказал он.

– Да. Он шлёпнул меня по попе, а я ему сдала сдачи в двойном размере, – честно призналась она.

Михаил долго о чем-то думал.

– Он тебе совсем не понравился? – задал он мучивший его вопрос.

– Миша, – простонала Таня, нежно улыбаясь. Она могла предположить, что наговорила ему Анастасия Афанасьевна. – Я сомневаюсь, что он со своим примитивными штучками и грубостью вообще может кому-то нравиться. Мне кроме тебя никто не нужен. Правда. Ты знаешь меня уже больше чем полгода, разве я давала тебе повод усомниться?

Конец ознакомительного фрагмента.