– Всё верно. – Согласно кивнув, сказал мужчина. – Я его обнаружил после её смерти. Там ещё находилась какая-то толстая тетрадь. Но я не стал её трогать. Забрал только пистолет. А тебе ведь известно, что было в этой тетради?

– Да, известно. Именно с неё всё и началось. – Тихо произнёс голос. – Только после того, как я обнаружил тайник и прочитал эту тетрадь, я понял, с кем на самом деле связал свою жизнь. Твоя мать оказалась из рода тех, кого называют Исчадиями ада. Это такой род людей, чья предрасположенность к тёмной стороне передаётся по наследству, но начинает проявляться только после смерти ближайшего родственника, от которого эта предрасположенность и передалась. Тебе она передалась от матери, но только после её смерти начала проявлять себя. Поэтому у тебя и появилась склонность к убийствам. Всё об этом было очень подробно написано в её тетради.

– Мне необходимо её вернуть! – Поднимаясь на ноги, решительно заявил Сэм и направился к стоявшей неподалёку машине покойной учительницы Эмили Виртел, на которой он приехал в этот лес, чтобы похоронить здесь тело её хозяйки. – После смерти матери я продал дом какой-то семейке, но не думаю, что они обнаружили тайник и избавились от тетради! А значит, у меня ещё есть шанс её вернуть!

Глава 5

Возмездие отца

Город Блэкван.

12:00 дня.

Яркое полуденное солнце весело светило с безоблачного неба, а его лучи, отражаясь от оконных стёкол домов и проезжающих мимо машин, игриво вспыхивали похожими на маленькие звёздочки колючими искрами. День был просто замечательный, и ничто не предвещало беды, но несмотря на это Сэмуэль Хант был очень мрачен. Его не покидало плохое предчувствие, которое маленьким пушистым зверьком засело где-то в середине груди и царапало её изнутри острыми коготками. Мужчина не знал в чем причина этой тревоги, но он надеялся, что она пройдёт после того, как он вернёт ту самую тетрадь своей матери, за которой сейчас и ехал на машине покойной учительницы по адресу, где жил с самого рождения и откуда переехал три года назад.

Вернувшись из леса глубокой ночью домой за пистолетом, Сэмуэль понял, что смертельно устал. Проведённая без сна ночь, а также стресс от совершенных сразу трёх убийств выбили его из сил и мужчина, не раздеваясь, рухнул на кровать как подкошенный. Проспал он почти до середины дня, а проснувшись, взял пистолет и сразу же отправился за тетрадью, которая стала для него теперь навязчивой идеей. Она ему была сейчас просто необходима. «Ведь в ней написана вся правда о моей матери, а значит и обо мне самом!» – Смотря перед собой на дорогу, думал Сэм. – «Конечно, этот новоиспечённый папаша мне рассказал кое-что в общих чертах, но не думаю, что ему самому известно всё. Так что мне нужно её вернуть! Любой ценой!»

– Сэм ты собираешься убить тех, кто сейчас живёт в том доме? – Будто подслушав его мысли, спросил голос. – Тебе не достаточно смертей? Может быть хватит?

– А зачем, по-твоему, я тогда взял пистолет? – Усмехнувшись, ответил мужчина вопросом на вопрос. – И как тогда я смогу забрать эту тетрадь? Просто постучаться и попросить? Да и одной смертью больше, одной меньше… Какая теперь разница?

– Ты не представляешь, как мне печально слышать от тебя такое. – Чуть дрогнув, произнёс голос. – Раньше ты переживал из-за совершенных убийств, а теперь…

– А теперь я понял, что это бесполезно. – Начиная раздражаться, закончил за него Сэм и добавил: – Давай ты, наконец, перестанешь пытаться что-либо исправить! Пора тебе уже смириться со своим поражением в этой битве. Я уже со своим смирился.

Повисла пауза. Голос ничего на это не ответил и Сэмуэль облегчённо вздохнул. Эти бессмысленные разговоры уже начинали его утомлять. Около минуты он ехал молча, пока случайно не бросил взгляд в зеркало заднего вида и не увидел в нём своё жуткое отражение. Узнать привычное лицо, которое смотрело на него с различных зеркальных поверхностей каждый день, было очень трудно. Скулы подбородок и нос заострились, а в уголках рта пролегли глубокие складки. Кожа приобрела мертвенный жёлто-серый оттенок, как у мертвеца, а когда-то зелёные глаза теперь совсем обесцветились. Сэм, оторвав одну руку от руля машины, прикоснулся ей к своему лицу и подрагивающим от волнения голосом недовольно спросил:

– Что случилось с моим лицом?

Голос его отца в голове тяжело, будто обречённо вздохнул и каким-то странным, словно потерявшим всю надежду тоном ответил:

– Если оно у тебя до неузнаваемости изменилось, то это конец. Ты окончательно превратился в Исчадие ада и обратной дороги для тебя действительно уже нет. Я этого боялся больше всего и это всё же случилось.

– Что ты несёшь?! – Спросил Сэм.

– Ты вошёл в заключительную стадию. – Сказал голос. – С каждым убийством ты становился всё ближе к этому. И это необратимо.

– Ты хочешь сказать, что я навсегда останусь таким?! – Спросил мужчина. – Моё лицо никогда больше не станет прежним?

– Лицо станет, а ты нет. – Ответил голос.

– Я ничего не понимаю! – Закричал Сэм. – Объясни ты мне толком!

– У твоей матери тоже иногда менялось лицо. – Проговорил голос отца. – И когда я это видел, то мне становилось очень жутко. Но она умела контролировать этот процесс и поэтому оно почти сразу же становилось прежним. Ты потом тоже научишься это всё контролировать, но суть твоя от этого уже никогда не изменится. Если бы ты послушал меня и перестал убивать, то ты бы ещё смог стать нормальным человеком, каким был раньше, но теперь для тебя действительно обратной дороги уже нет.