– Не имею ни малейшего понятия, ваше могущество, – ответил Тобиус, храня каменное лицо.

– Немного порывшись в архивах твоих сеансов связи с Академией, я открыл для себя, что ты служил его величеству придворным магом во время изгнания. Почему мы раньше об этом не знали?

– Видимо, я более скромен, чем сам о себе думаю, и забыл похвастать такой честью.

– М-да, видимо. Полагаю, что, раз ты нашел способ покинуть Академию против нашей воли, значит, можешь найти способ и не возвращаться.

– Кто знает?

– А ведь там, по ту сторону стены, тебя ищет главный магический преступник Вестеррайха. О его деяниях говорить вслух не принято, так что ты можешь не знать, насколько он опасен.

– Пожалуй, я лучше всех знаю, насколько опасен Шивариус Многогранник.

– Верю. Но не до конца. Слышал, что он сделал с Кахестивраном Драконом? А с Логейном Рыцарем? Они мертвы, Тобиус. Оба незадолго до своей кончины были разыскиваемы Шивариусом, о чем доложили совету, и оба отвергли его предложение примкнуть к нему.

– Какая жалость, – ответил Тобиус, – я плохо их знал, но то были хорошие маги.

– И ты все равно собираешься уйти, когда подручные малефикарума ищут тебя везде и всюду? Ты хотя бы понимаешь, что, покидая эти стены, остаешься без единственной защиты?

Тобиус взглянул великому пироманту прямо в глаза и сделал это так спокойно, что и сам немало себе удивился.

– Единственная надежная защита для меня – это скрытность. Пока известно, где точно я нахожусь, вопрос моего пленения есть вопрос времени. Шивариус был влиятельным архимагом, у него достаточно скрытых сторонников и внутри этих стен, возможно, чем ахог не шутит, даже среди управителей. Защитите сначала Академию, выявите предателей и избавьтесь от них. Ну а я постараюсь справиться сам.

– С чем справиться? – спросил Гаспарда, который всегда умел смирять пылавший в груди огонь.

– С Шивариусом, – ответил Тобиус.

Гаспарда Огненное Облако продолжал рассматривать крошечного волшебника, которого мог превратить в горстку пепла одним усилием мысли. А потом он дернул щекой – и перед Тобиусом возник его посох, который был немедленно схвачен обеими руками.

– Аудиенция назначена на завтра. Надеюсь, вы переночуете под сводами Академии еще одну ночь?

– Да, ваше могущество.

– В таком случае не позволяйте мне больше тратить ваше бесценное время, чар Тобиус. Его у вас и так осталось немного.

Гаспарда был прав, времени осталось мало. Серый волшебник слишком долго откладывал самое важное, боялся, не был уверен в своих расчетах, но обстоятельства требовали действий. Поэтому следующей ночью Тобиус отправился в место, некогда бывшее сердцевиной его мира.

Библиотека Академии Ривена по праву считалась одним из самых выдающихся собраний магической литературы в Вестеррайхе. Она располагалась вне обычной реальности и являлась безразмерным дворцовым комплексом внутри главной башни, содержащим в себе лабиринты стеллажей и полок, оазисы читальных залов, бесконечные лестницы, галереи и анфилады, а также недоступные без особого разрешения секции. Отдельное царство, в котором даже книжная пыль была взрывоопасна от наполнявшей ее магической силы.

Как только Тобиус переступил порог, освещение резко поменялось – библиотеку наполнил яркий дневной свет. Центром этого измерения был архив – вертикальная шахта высотой примерно в триста футов [7] , по стенам которой змеилась широкая винтовая лестница с отходящими во все части этой обособленной реальности проходами. По всем ярусам шахты были расставлены сотни шкафов с архивной документацией, опасные тем, что в любой момент они могли распахнуться, ударив проходящего мимо ученика.

Посреди колодца, поджав под себя ноги в медитативной позе, парил старый волшебник. Его мантия была испещрена различными литерами и фигурами, серебристая борода ниспадала на длину пятнадцати футов [8] и мерно колыхалась на легчайшем сквозняке. Вокруг Никопата Закладки плавно парили книги, чернильницы, корешки, архивные карточки, он разглядывал их и одновременно писал в десяти архивных журналах. Своими ногтями. Они у главного архивариуса были необычными, четырехфутовыми [9] , слегка изогнутыми и оправленными на концах подобно писчим перьям. То и дело один из ногтей окунался в проплывавшую мимо чернильницу и возвращался к бумаге. Все пальцы двигались независимо, а их хозяин, казалось, дремал, хотя магическое око, висевшее у него над головой, беспрестанно вертелось волчком, следя за всем и сразу. Настоящие глаза архивариуса давно и много раз слепли, и когда ему это надоело, Закладка попросил Никадима Ювелира создать для него магическое око из хрусталя, которое бы видело все и никогда не уставало.

Тобиус вышел к парапету и, некоторое время понаблюдав за работой неповторимого архивариуса, осмелился прочистить горло, но совсем тихо, из уважения к библиотеке. Скрип ногтей по бумаге прервался, око обратилось к посетителю.

– Тобиус.

– Вы помните меня, ваше могущество?

– Конечно. Когда мы виделись в последний раз, ты был совсем крохой.

– Э… не совсем, ваше могущество. Я провел в библиотеке много лет, и в последнюю нашу встречу мне было лет двадцать. Я вернул все книги, чтобы вы расписались на моем обходном листе.