Шрифт:
– Ты что-нибудь чувствуешь?
Он ответил очередной из тех чертовых полуулыбок, но не открыл глаза.
– Я – старик. По правде говоря, я чувствую себя везучим от того, что забрался с вами так далеко.
В этот момент экраны всех когитаторов на мостике погасли. Символы пустотной навигации исчезли, а люмены зашипели.
– Перезапустить! – закричала Кульба, повернувшись на шум, поднятый членами экипажа в ямах. Пока они старались восстановить управление, пустоту осветили безмолвные вспышки лазерного огня.
Экраны когитаров включились и на них появились три строчки текста на стандартном готике. Достаточно отчетливые, чтобы Кульба прочитала даже на расстоянии.
КЛЯТВОПРЕСТУПНИКИ.
ВЫ ОСУЖДЕНЫ.
МЫ – КАРА.
Кульба знала, что каждый офицер на каждом сухогрузе читает то же самое.
– Оставаться на постах! – закричала она, отвернувшись от иллюминаторов и спускаясь с платформы. – Активировать манифольды! Приготовить варп-цикл к запуску!
Последний приказ был абсурдным. Даже если бы Кавелли начал подготовительные процедуры, они все равно заняли бы слишком много времени для активации варп-двигателей. Но капитану нужно было что-то сказать. Впервые за свою долгую и по большей части ненавистную карьеру она совершенно растерялась.
Кульба спустилась на пять метров с платформы, прежде чем последовал первый физический удар. Она услышала резкий стук где-то в районе передней группы щитов мостика, за которым последовал визг разрываемого металла.
Текст на экранах исчез, сменившись изображением стилизованного разряда молнии поверх горизонтальной полосы.
– Что это? – спросила Кульба, подойдя к ближайшему экрану и схватив его обеими руками.
Сверху последовали новые удары, а окулюс раскололи серебристые вспышки. Алобус застыл, не зная, что делать. Кавелли же начал смеяться.
Капитан вырвала экран из гнезда и развернула его к навигатору, ткнув пальцем в эмблему.
– Что это? Ты ведь знаешь?
Кавелли кивнул.
– Если бы ты изучала символику Легионов человечества, сестра, то тоже знала бы. Но какое это имеет значение? Любого из Двадцати Образов Картоманта хватит нам с головой.
Кульба швырнула экран вниз и схватила навигатора за одежду. Тело старика по ощущениям напоминало мешок костей под дорогим бархатом.
– Что это означает? – прошипела капитан.
Кавелли открыл глаза смертного и посмотрел на нее твердым взглядом, лишенным как страха, так и надежды.
– Ничто созданное руками человека не движется быстрее, – пробормотал он, погрузившись в какое-то благоговейное состояние. – Они великолепны. И позволь сказать еще кое-что о них. Последнее, что ты узнаешь в своей жизни.
Навигатор наклонился поближе, и его благоухающее гвоздикой дыхание коснулось лица капитана.
– Они все еще смеются.
Глава 2
Шестьдесят перехватчиков «Ксифон» модели Шу’урга с воем покинули ангары «Калджиана» и «Амуджина», резко ушли вниз, чтобы не попасть под факелы главных двигателей кораблей-маток, а затем разогнались до полной скорости. Позади перехватчиков гудели двадцать штурмовых кораблей «Грозовой орел», менее скоростных, но лучше вооруженных. Налетчики разделились на охотничьи стаи и легли на плановый атакующий курс.
Перед ними находился медлительный и неуклюжий конвой, окруженный защитным кордоном эскортников. «Калджиан» поднялся над конвоем, накрывая бортовыми залпами далекие левиафаны. Меньший из двух атакующих фрегатов Белых Шрамов «Амуджин» отошел, заняв защитную позицию ближе к местной точке Мандевилля.
Шибан-хан взглянул на строй своих кораблей, оценивая скорость, ракурсы и слаженность, и принял решение.
– Будто спящий скот, – сказал он, уводя свой перехватчик в восходящую спираль.
Мчащийся менее чем в тридцати метрах от его правого крыла Джучи рассмеялся.
– Значит, мы их разбудим.
Клиновидный строй пустотных истребителей V Легиона прорвался через внешний периметр кораблей-защитников. Дозорные корабли основных защитных заслонов не могли угнаться за ними. Лучи лэнсов безвредно проносились выше и ниже пикирующих перехватчиков, освещая белоснежные корпуса, эмблемы молнии, золотисто-багровые цвета.