–Ладно, в принципе, ваше дело…

В момент моего возвращения Татьяна сидела на подоконнике, в точности копируя позу старшего следователя. И так же хмурилась.

Небо стало совсем светлым. С соседней улицы доносилось мирное погромыхивание трамвая. К оконному стеклу прилипли несколько резных кленовых листочков. Из открытой форточки тянуло терпким дымком паленого мусора. Почему-то мне показалось, что Татьяна выглядит абсолютно уместно в своем роскошном вечернем платье на нашем офисном подоконнике – красивая и бледная, как осенний день за окном.

Я бодрым шагом направилась к рабочему столу.

– Давайте разом покончим с вашими страхами. Поверьте, в этом кабинете мне довелось видеть многих людей, у которых возникли проблемы. Никто из них не производил впечатления более нормального человека, чем вы,– я воодушевленно врала, (правда, скрестив за спиной суеверно пальцы) и абсолютно не зная как вести себя с этой открытой, наивной и одновременно несколько отстраненной женщиной.– Извините, но ваш последний вопрос о сумасшествии был риторическим, или это и есть предмет вашего к нам визита?

Если сейчас госпожа Качалова скажет, что пришла в контору к частным сыщикам из-за плохого душевного самочувствия, я на собственные деньги с удовольствием куплю хорошей выпивки, вспомню все лекции по Фрейду и, оговорив размер гонорара, буду готова стать ее личным психоаналитиком. Если же у нее действительно проблемы, связанные напрямую с тем, чем по определению занимается наша контора, то, может быть, я прислушаюсь к совету коллег, и не буду лезть в “высокие сферы”.

– Знаете, я не очень уверена, но мне кажется, что кто-то зачем-то пытается меня во всем повторять,…в смысле, копировать – с запинками сформулировала Татьяна и, заморгав, отвернулась к окну.

– В чем это выражается?

– Ну не знаю. Просто периодически я замечаю женщину, которая как две капли воды похожа на меня. Как в конкурсе двойников. У меня нет сестер-близняшек. Я, как вы сказали, не выгляжу идиоткой, а, значит, мерещится мне это в течение полугода не может. Тогда что это?

– Так… Женщина, двойник… Простите, я не очень сильна в том, что связано с…. м-м-ма-…. мистикой. (Я чуть было не ляпнула «маниями»). Простите еще раз, но эту женщину замечаете только вы?

– Все задают один и тот же вопрос. Конечно, только я. Потому что, если бы ее заметили другие, то они просто приняли бы ее за меня, вот и все. Только почему-то такой простой ответ никому в голову не приходит. Считается, что если вижу только я, то у меня проблемы с головой. А они у меня обязательно будут, если это все не прекратится. Я уже начинаю постоянно оглядываться по сторонам, в поисках этой женщины.

– Она специально попадается вам на глаза? Как это происходит? – я лихорадочно придумывала вопросы, совершенно не понимая в какое русло нужно уводить беседу.

– Не знаю. Но мне кажется, что это происходит не специально. Более того, бывая там, где бываю я, она никогда не приближается. И только пару раз мы сталкивались, что называется нос к носу, правда она мгновенно уходила. Мне ни разу не удалось с ней заговорить.

– Когда вы заметили ее впервые?

– Это произошло в конце апреля. Мы ездили на дачу к главе…, хотя не важно к кому. Это была такая великосветская тусовка на Николиной Горе. Будущие президенты красовались перед камерами и нас, то есть жен, демонстрировали.

– Вам не нравятся политические амбиции мужа?

– Они мне абсолютно не нравятся. Не по мне это все. Хотя теперь, какая разница. Выборы мы проиграли, слава Богу…. – Татьяна улыбнулась каким-то своим сокровенным мыслям, и продолжила – На этих банкетах я чувствую себя полной дурой, потому что не знаю ни одного иностранного языка, не имею никакого образования…. И еще потому, что чертовы имиджмейкеры ходят накануне приема и два дня после него за мной табуном и анализируют каждый мой шаг. В общем, я была бы гораздо более счастлива, если бы Сережа занимался только своим банком, зарабатывал приличные деньги и ни в какие такие игры не играл.

– Значит, до апреля никаких двойников вы не замечали?

– Говорю же вам нет! Да и тогда я еще ни о чем таком не задумалась. Просто получилось так, что мы с мужем немножко повздорили. Из-за того, что я приехала на прием в розовом длинном платье. Сережа считал, что оно будет выглядеть слишком вычурно на природе. Тем более, что и погода была не ахти: сыро, слякотно… А мы с модельером его специально придумывали в стиле “английского деревенского пикника”, надеясь, что розовый цвет отлично оттенит молодую зелень…..

Телефонный звонок прервал рассказ Татьяны. Быстро отбившись собеседника и порекомендовав ему перезвонить через пару часов, я обернулась к Татьяне:

– Я вся внимание…

– В общем, – продолжила Качалова, – я ушла гулять к пруду одна. А когда возвращалась обратно, внезапно по соседней аллее мимо меня быстрым шагом прошла женщина точно в таком же платье. Понимаете, там сзади такой маленький шлейф и складочки. Я, помню, еще разозлилась и подумала, что с меня содрали шесть тысяч долларов за эксклюзив, а в таком «эксклюзиве» пол-Москвы ходит. Потом я специально высматривала женщину в розовом платье среди гостей и даже уговорила Сергея уехать пораньше, чтобы избежать скандала.