Через несколько часов мне отлеветировали пару коз. Пахли они маняще, но я не сдвинулась с места. Во-первых, мне было плохо: шкура всё ещё чесалась и, стоило потереться о камни, слезала клочьями. Во-вторых, плохо было морально. В моей жизни до этого момента не было сколько-нибудь серьёзных ударов, а потому правильно и с гордо поднятой головой я их научилась переносить лишь в теории. Теория не помогала.

Когда я так и не съела подачку к вечеру, драконологи заволновались. Пошли шепотки, к которым у меня не было никакого желания прислушиваться, хоть я и могла. С утра меня осторожно потыкали магией, — это я заключила из того, что один человек плавно водил палочкой и что-то бормотал себе под нос, — но вряд ли что-то нашли.

Чувство голода было не критичным, так что я продолжила игнорировать ставших чуть менее аппетитными по запаху животных, только прикрыла морду крылом. Всё это время я или спала, или думала. Первое делать было легче, во время второго приходилось прерываться на успокоение собственных зашкаливающих эмоций. Истерики, проще говоря.

Всё время меня одолевали совсем не мои желания: дышать горячим воздухом на яйца, расправлять крылья, дёргать хвостом и обозначать чувства рыком разной степени эмоциональности и громкости. Всё это, за исключением такой странной заботы о детёнышах, я старалась пересекать. Зря, скорее всего. Но невозможность управлять собственным телом никакой радости не вызывала.

Потом я опять подслушала разговор — и, наверное, именно это дало мне толчок.

— Что-то она больно ленивая, — в голосе явственно звучало сомнение. — Подойдёт ли?

— Тем лучше, участники Турнира — дети. Тому, кто наткнётся на неё, повезёт чуть больше, чем должно было бы. В любом случае, другой венгерской хвостороги с кладкой у нас нет.

Я гипнотизировала ближайшее яйцо взглядом и анализировала ситуацию. Получалось, что я попала в Турнир Трёх Волшебников. Узнать бы ещё, сколько до него осталось: переговоры между странами наверняка начались за год, а то и за несколько до начала Турнира. Но в любом случае, у меня есть реальный шанс не провести остаток жизни в этой клетке: найти способ заявить о себе тогда, когда я буду в Хогвартсе.

Накатило воодушевление. Да! Именно тогда, когда я буду в Хогвартсе, потому как тогда меня увидит излишне много народу; на опыты забрать без какого-либо общественного резонанса не получится. И сбежать — тут или уже в Англии — тоже не получится, размерами не вышла. Даже если натренируюсь летать и выживать в диких условиях, найти такую тушу несложно.

Я резко выдохнула через нос и поднялась с места, принявшись ходить по клетке. Мышцы немного покалывало от таких резких действий после долгого бездействия. Я должна буду научиться летать, выдыхать огонь, нормально управлять собственным телом… и, самое главное, как-то общаться с людьми.

Может драконье пламя уничтожать крестражи, или нет? Я не смогла вспомнить — в голове всё смешалось.

Поняв, что таким образом ничего не добьюсь, я уселась и решила подумать, но на этот раз нормально. Так, как всегда думала раньше — спокойствие и максимум концентрации. Я ещё попытаюсь найти выход. Пламя извергать можно потренироваться и тут, ко мне близко никто не подходит. С полётом проблемы, но оно мне пока что не очень-то и нужно. В любом случае должны выпускать полетать, иначе с крыльями будет беда, атрофируются.

И, конечно, общение с людьми… Общаться с людьми через голос не получится. Но есть возможность того, что я умею говорить на парселтанге — на нём же болтает Гарри. Или можно рисовать какие-нибудь рисунки. Выстукивать, черт возьми, хвостом азбуку Морзе! Или… или можно попытаться стать анимагом, только наоборот. Вместо животного попытаться превратиться в человека. Я же магическая тварь. Может, что-нибудь путное выйдет.

Я выдохнула в сторону своих будущих детёнышей ещё одну струю горячего воздуха и взмахнула полураскрытыми крыльями, даже удержав при этом равновесие. Буду пытаться. Потому что иначе я могу до конца своей жизни лежать и быть глупой драконихой, откладывающей яйца. Такая перспектива не устраивала меня категорически.

========== Глава первая, в которой героиня сдвигается с мёртвой точки ==========

Линька продолжалась долго, пусть и чесалось всё со временем уже не так отчаянно, как в первые дни. В мыслях всё ещё проскакивали пессимистичные нотки, — внезапное оживление на то и было внезапным, что продержалось недолго, — но в целом всё было нормально. Я с внутренней дрожью лакала воду из поилки и откусывала от тушек парнокопытных, которые мне кидали, сырое мясо. Облик дракона накладывал свой отпечаток, мне не было противно… в плане вкуса.

Есть я могла нечасто, несколько раз в неделю и, были у меня подозрения, это далеко не предел, потому как голода я почти не чувствовала. Раньше бы после нескольких суток без еды и воды я бы встать не смогла, наверное, а драконом — двигалась по клетке спокойно.

Я ела, спала, слушала чужие разговоры — по большей части или о неведомых мне вещах типа цен на что-то-там-непонятное-и-очень-мерзкое, или о ремесле драконологов — и пыталась нащупать в себе пресловутую магию. Напрасно. То ли «магическое животное» предполагало только то, что части моего тела можно было использовать в зельях, то ли я делала что-то не то. Чтобы не отчаяться, я предпочитала думать о другом — мне жутко не хотелось застрять в облике ящерицы навечно.