Сидя на полу, я рассматривала нашу с Максом фотографию в журнале. Самая красивая пара года. Слезы медленно катились из глаз. Душевная боль была гораздо сильнее любой боли физической, которую мне когда-либо доводилось испытывать. Не верилось, что я снова смогу улыбаться. Да чего уж там, скажу прямо, я не представляла, как смогу дальше жить. Я не смогу. Точка.

Как только я приняла решение умереть, мне сразу заметно полегчало. Теперь было чем заняться. Для начала я отправилась в гардеробную и извлекла из недр красивую атласную косметичку кремового цвета. В ней я храню снотворное. Как и большинство людей, ведущих ночной образ жизни, я испытывала проблемы со сном, поэтому периодически прибегала к помощи лекарственных средств, которые доставала благодаря знакомству с одним приятным доктором. В обмен на две тысячи рублей я получала несколько рецептов, и запасы моей косметички никогда не иссякали.

Однако смена работы, а также роман с Максом вернули мне крепкий, здоровый сон, так что таблетки уже несколько месяцев лежали нетронутыми. Я высыпала содержимое на кровать. Ого! Да тут хватит, чтобы убить лошадь. С моим хрупким организмом такое количество снотворного справится в два счета. Отлично. Настроение становилось все лучше.

Теперь следовало подобрать наряд, в котором я отойду в мир иной. Я снова залезла в гардеробную. Здесь может быть только один вариант – прощальный подарок Макса. Я очень аккуратно разложила на постели прекрасное винтажное платье. Так же приготовила роскошное нижнее белье от La Perla и изящные босоножки от Yves Saint Laurent. Так, с этим порядок. Прической и макияжем займусь чуть позже, а пока необходимо написать предсмертные записки всем тем, кого я люблю. Начну, пожалуй, с Макса.

Я взяла ручку и лист бумаги и попыталась собраться с мыслями. Но кое-что мне сильно мешало. Адский грохот. Он доносился из квартиры, находящейся прямо надо мной. В последнее время там было крайне шумно. Очевидно, соседи затеяли ремонт, причем основательный. Они без устали сверлили, дробили, стучали и рушили стены. Поскольку дома я проводила совсем немного времени, то эти шумы особенно мне не докучали, но сейчас они решительно действовали мне на нервы. Я не смогу сосредоточиться на собственном самоубийстве, ожидая, что потолок в любой момент обрушится мне на голову.

В этом городе даже умереть спокойно не дадут! Я натянула на ноги голубые валенки «UGG's», накинула куртку из лисы и стремительно бросилась к лифту. Оказавшись возле шумной квартиры, я несколько раз нетерпеливо нажала кнопку звонка. Дверь открыл молодой парень, футболка и джинсы которого были заляпаны краской.

– Здравствуйте, – едва взглянув на парня, нервно сказала я. – Я ваша соседка снизу. Этот бесконечный шум, который приходится выслушивать ежедневно, к нему я уже практически привыкла. Но сейчас мне нужно хотя бы немного тишины, понимаете? У меня важная работа, и этот грохот сводит меня с ума!

– Ясно, – сосед озадаченно смотрел на меня. – Извините, я недавно купил квартиру и делаю ремонт. Обычно в это время большинство людей на работе…

– А вам не приходило в голову, что некоторые люди работают дома? – взвилась я.

– Да, конечно, я сам иногда работаю дома. Но ведь и ремонт когда-то надо делать.

– Ваш ремонт портит мне жизнь! – взвизгнула я.

Господи, что со мной? Веду себя как настоящая истеричка. Срываюсь на абсолютно незнакомом человеке, который занимается ремонтом в дневное время суток, а это, насколько я знаю, не запрещено. Сейчас он просто пошлет меня подальше и будет абсолютно прав. Однако сосед молчал, внимательно меня разглядывая. Затем неожиданно произнес:

– Классный прикид!

Нет, ну вы подумайте! Я пытаюсь объяснить, что его ремонт портит мне жизнь, вернее, мешает спокойно умереть, а он пялится на мою одежду! Внезапно до меня дошло, что помимо модных валенок и меховой куртки на мне лишь крошечные шортики и весьма откровенная маечка. Я хмуро уставилась на парня, а он между тем заметил, чуть наклонившись ко мне:

– Меня не покидает ощущение, что сегодня явно не ваш лучший день. Признайтесь, какой-то мерзавец посмел его омрачить?

– Это вас вовсе не касается, – я моментально покраснела, – я же сказала, этот шум мешает мне работать.

– Значит, так и есть! Я сразу понял, – парень покачал головой. – Неужели найдется глупец, готовый рисковать отношениями с девушкой, которая будто сошла с картинки Джейсона Брукса?

Я похожа на девушку Джейсона Брукса? Ух ты! В глубине души мне всегда и самой так казалось, а теперь я получила тому подтверждение из уст другого человека. Может, я слишком спешу умирать? Однако, не подав виду, что меня тронуло это сравнение, я строго заявила:

– Мне кажется, наш разговор зашел несколько не в ту сторону. Я пришла сказать, что меня беспокоит шум от вашего ремонта. И в мои планы вовсе не входит выслушивать чужие умозаключения о моей личной жизни!

– Ну, иногда незамыленный взгляд со стороны отлично помогает дать истинную оценку ситуации, – с уверенностью заметил сосед.

– Да ну? Вы что, психолог? – Я скептически взглянула на парня и впервые заметила, что у него необыкновенно добрые, красивые глаза цвета лесного ореха.

– Нет, всего лишь графический дизайнер, – ответил тот, устремив на меня полный дружеского участия взгляд.

– Графический дизайнер? – Я горько усмехнулась. – Художник, стало быть.

– Ну, в общем, и так можно сказать.