– Ну а Александра, которая отличается поразительной работоспособностью и исключительно творческим подходом к делу, будет трудиться в дуэте с Катей, ой, прости, Кейт. Вы обе девушки талантливые, уверен, справитесь вдвоем.

– Конечно, несомненно! – радостно проговорила Кейт.

Я лишь глянула на нее с подозрением. До сих пор с трудом верилось в то, что Кейт испытывает ко мне теплые приятельские чувства. Тем не менее доказательств обратного у меня тоже не было.

– Каждой группе я выделю ассистентов, визажистов и, конечно же, фотографа. Мы возьмем только лучших мастеров!

– А можно мне Угольникова? – тут же поинтересовалась я.

– Можно, можно, любительница идеальной красоты, – вздохнул Алексей.

– Ура! – Мое настроение заметно улучшилось, и я шепнула Кейт: – Угольников – это просто нереальный супер! Наши персонажи будут самыми красивыми.

– Круто! – радостно ответила она. – Мне так не терпится приступить!

– Друзья, через несколько минут зайдите ко мне за вашими индивидуальными списками героев. По десять человек на группу, и сразу приступаем к работе. Придумываем образы, выбираем места для съемок, и вперед! Все пока свободны. Перекур.

Вскоре ко мне легкой походкой приблизилась Кейт. В руках она держала листок со списком.

– Ты не поверишь, кто нам достался! – Ее буквально распирало от переполнявших эмоций.

– О нет, только не говори, что Макс! – сказала я, обреченно упав на стул.

– Не угадала, лучше! Макс у Дэна. Мы будем работать с Алиночкой. Представляешь? Вот повеселимся-то!

Я с удивлением взглянула на Кейт:

– Какое уж тут веселье? Нам надо будет сделать из нее красавицу, и она, возможно, выиграет приз как самая стильная и красивая молодая актриса. Только не говори мне, что тебя это радует, я не поверю.

– О чем ты? Конечно, нет! Я лично собираюсь от души поэкспериментировать с ее имиджем, – Кейт коварно улыбнулась. – Мы сделаем ее такой, что мать родная не узнает. А поскольку наша девочка особым умом не блещет, убедить ее в том, что уродливый маргинальный образ – это последний писк моды и эталон современного авангардного искусства, не составит никакого труда. В конце концов, подружка Горелова не может выглядеть как кукла Барби, – резонно заметила она.

– Ну не знаю, – идея казалась мне сомнительной, хотя, признаюсь, насолить ненавистной актрисе хотелось страшно.

И я все-таки повелась на тщательно продуманную провокацию. Ко мне тоже стали приходить интересные мысли:

– А давай снимем в театре за сценой. Выберем самый мрачный уголок со старыми поломанными декорациями, покрывшимися пылью…

– Да, да! Это же настоящее декадентство, – Кейт даже подпрыгнула от восторга. – Давай позвоним, спросим, когда она может!

– Не думаю, что она обрадуется тебе или мне, – заметила я.

– Брось, она меня едва знает, даже не поймет, кто звонит, – заверила Кейт и взяла мобильный.

Через пять минут она получила согласие на съемку послезавтра в театре.

– Вот повеселимся, – не унималась коллега.

– Ладно, хватит злорадствовать, давай думать над остальными, у нас еще девять человек.

– Ок, как тебе съемки на конюшне? Кто там у нас может подойти на роль принца на белом коне?

Мы уткнулись в список. Творческий процесс пошел.

В назначенный день с утра мы с Кейт, Угольниковым и группой ассистентов прибыли в театр. Алина еще не приехала, поэтому у нас было время для того, чтобы найти самый мрачный и пыльный угол за кулисами.

– Снимать будем здесь, – сказала я фотографу, указывая на место столь невзрачное и печальное, что впору было выть от тоски.

Угольников с сомнением глянул на меня, но я лишь утвердительно кивнула. Кейт же решительно водрузила на грязный пол стул на шатких ножках, которому на вид было лет сто.

Пока фотограф с ассистентами выставляли свет, мы с Кейт отправились в гримерку где коллега показала содержимое большого пакета, который она принесла с собой. Покатываясь со смеху, мы стали рассматривать бесформенные вещи серо-буро-коричневых цветов, приготовленные специально для нашей героини.

Наконец, в дверях появилась Алина. Без капли макияжа она выглядела не слишком впечатляюще. Бледная кожа, темные круги под глазами, кончики распущенных волос в таком ужасном состоянии, что на ум моментально приходила мысль о питательной маске, использовать которую актрисе, очевидно, было некогда. Увидев нас, она на несколько мгновений встала как вкопанная. Мы же лучезарно улыбались, демонстрируя невероятную доброжелательность.

– Что вы здесь делаете? – спросила Алина чуть дрогнувшим голосом.