Один Мерлин знал, каких сил ей стоило не выхватить из рукава палочку и не послать в него заклинание, когда Северус неспешно начал приближаться к ней. Сильный зверь, запертый в клетке на пару с неумелым дрессировщиком. Прищурившись, она притворно спокойно повела плечами и выдавила из себя ответную улыбку, которая отнюдь не была дружелюбной. Ей вдруг нестерпимо захотелось стереть с его лица выражение нетерпеливого превосходства и снисхождения, от которых хотелось скрежетать зубами в тихой ярости. Ей ничего бы не стоило в этот момент съязвить о том, что в подобной дыре она будет находиться на тех условиях, на которых сама сочтет нужными. Однако, что дала бы ей эта перепалка? Гораздо проще было молча делать то, что она считала нужным.

Усилием воли заставляя себя остаться на месте, когда зельевар подошел к ней почти вплотную, Гермиона кожей чувствовала опасность, волнами исходящую от него. Ни разу, после случившегося с ней в день битвы, она никому не позволяла столь близко подойти к себе, никому не позволяла смотреть на себя, пряча изуродованное лицо за волосами или капюшоном, но сейчас не могла выдать своей слабости. Только не этому магу. Абсолютно точно ей было понятно, что давать свою палочку Северусу не следовало ни под каким предлогом. Поэтому Миона с тихим вздохом достала из рукава его собственную и вложила в протянутую руку, не отводя взгляда, открыто приняв его вызов. Означала ли ее головная боль, что он пытается взломать барьеры её мозга и проникнуть в сознание? Или же просто близость другого мага сказывалась подобным образом? Как бы то ни было, опекунша и не думала отступать, не собиралась позволить себе слабину.

– Что же, раз вы присутствовали на подобных освобождениях, то наверняка знаете, что ваша палочка отслеживается. Мою вы не получите, – холодно ответив на вкрадчивый тихий голос Снейпа, девушка отчаянно желала, чтоб он развернулся и вернулся на свое прежнее место, не влезая в ее личное пространство. Дабы придать себе сил, она усмехнулась, неприятно кривя уголок губ. – Прекрасно понимаю, что вам наплевать, но смею напомнить, что мне не хочется в Азкабан, а любая ваша выходка приведет меня прямиком в это дружелюбное заведение. И не нужно вести себя так, будто вы по-прежнему мой преподаватель. Сейчас я являюсь вашим опекуном. Это уравнивает, если не дает мне превосходство.

========== Глава 9. Code Geass ==========

Снейп смотрел на девушку и не узнавал ее. В любой момент он ожидал от нее тирады, которой та должна разразиться в ответ на несправедливость и язвительность. Тогда он мог бы снисходительно улыбнуться, давая понять, насколько глупо она выглядит со стороны. Но Грейнджер выплюнула лишь пару предложений, доставая из рукава мантии палочку, принять которую для мужчины было истинным наслаждением.

Сжимая в руке собственную волшебную палочку, он чувствовал, как по пальцам разливается тепло, как их кончики чуть покалывает словно бы в укоризну за то, что он посмел оставить ее в ночь финальной битвы. Она так привычно легла в ладонь, будто была продолжением руки. Казалось бы, уже позабытые за время, которое он находился под следствием, ощущения немного ослабили напряжение, державшее его в своих цепких объятиях.

Плавно скользнув пальцами другой руки по черной древесине, зельевар с усмешкой сделал шаг по направлению к выходу.

– А вы, мисс Грейнджер, научились многим полезным навыкам за это время. Ведь работники Министерства добровольно не отдали бы мою палочку даже такому ответственному опекуну, как вы.

Уверенно спускаясь по лестнице, Северус даже не смотрел – следует ли за ним Грейнджер. Это было ни к чему, когда ее дыхание можно было легко различить за своей спиной. Ее присутствие в доме ощущалось настолько остро, что порой ему казалось – девушка находится везде. Это немало раздражало его. Остановившись на втором этаже, на котором находились две комнаты, он замер возле одной из них. Кивнув в сторону двери, Снейп открыл ее и пропустил Гермиону, позволяя первой войти в просторную, необжитую спальню. Рядом с небольшим окном стояла дубовая кровать на высоких ножках, у противоположной стены находился старый стол, в углу пристроилось мягкое кресло, с которого давным-давно не сбивали пыль. Картину дополнял вместительный шкаф до самого потолка и несколько пустых полок.

– Здесь освоитесь потом, – не дав надолго задержаться в отведенной ей комнате, зельевар дождался, когда Грейнджер выйдет и закрыл дверь.

Не заостряя внимания на второй спальне, он дал понять, что опекунше нечего там делать. Он надеялся, что дополнительных объяснений ей не потребуется и, слава небу, так и вышло. Внизу он не стал уделять внимания гостиной, которую она наверняка успела изучить, когда прибыла сюда из Министерства, и сразу прошел на небольшую кухню, а после показал, где в доме находится ванная комната.

– Многое здесь нуждается в починке, но меня это мало заботит. За исключением лаборатории в подвале, ванной комнаты и мансарды. Полагаю, что вы захотите обустроить выделенную вам комнату и попытаетесь изменить облик жилища в целом. Что ж, я не против. Если у вас, мисс, есть желание заняться столь бесполезным занятием, то почему нет? Учтите только, что это дом мужчины и что он ненавидит Гриффиндор.

Пытаясь быть предельно спокойным в общении со вчерашней выпускницей Хогвартса, Северус, казалось, только сейчас вспомнил об уйме книг, которыми были забиты многочисленные полки, развешанные, где только можно. Впрочем, иногда они были прикреплены даже там, где нельзя. Помня слабость Гермионы к книгам, он предупредил:

– Книги из дома не выносить. В лучшем случае - оторвет пальцы. Если надумаете готовить на плите, придется для начала починить ее. Впрочем, полагаю, вы сами можете констатировать наличие проблем с проводкой, щели в окнах и прочее, и прочее.

Остановившись сбоку от лестницы, Снейп приглашающим жестом указал на двери, ведущие в подвал. Усмехнувшись в ответ на то, что Грейнджер не стала спускаться первой, он неторопливо направился в лабораторию. С одной стороны, ему была неприятна одна мысль о том, что кто-то посторонний может находиться в его святая святых. Но в то же время мужчина понимал – Гермиона является единственным ключом к изготовлению многих зелий, на которые он собирался брать заказы. Только она, будучи не ограниченной в правах и свободах, могла купить любые ингредиенты, не опасаясь Аврората. Любознательная, осторожная и внимательная, она могла бы обучаться у него, взамен на молчание.