Приблизительно в 1980 году во время расцвета персональных компьютеров проектировщики операционных систем отклонили Unix и традиционную технологию разделения времени как тяжеловесную, Громоздкую и несоответствующую новым условиям, определяемым средой однопользовательских персональных машин. Вместе с тем GUI-интерфейсы требовали внедрения многозадачности, для того чтобы справляться с исполняемыми потоками, связанными с различными окнами и их элементами управления. Направленность на клиентские операционные системы была настолько сильной, что серверные операционные системы были отклонены подобно реликтам на паровой тяге из прошлой эпохи.

Но, как отметили разработчики BeOS, требования распространяющихся сетей невозможно удовлетворить без реализации какой-либо технологии, весьма близкой к общецелевому разделению времени. Однопользовательские клиентские операционные системы не способны преуспеть в Internet-мире.

Данная проблема привела к новому объединению клиентских и серверных операционных систем. Первые (до появления Internet) попытки равноправного сетевого взаимодействия через локальные сети в конце 80-х годов начали выявлять неадекватность конструкторской модели клиентских операционных систем. Для совместного использования данных в сети необходимы точки рандеву (rendezvous points) для этих данных. Следовательно, работа без серверов невозможна. В то же время опыт клиентских операционных систем Macintosh и Windows поднял уровень минимальных пользовательских навыков, которой устроил бы потребителей.

С не-Unix моделями разделения времени, фактически исчезнувшими к 1990 году, существовало не много возможных решений, которые проектировщики клиентских операционных систем могли противопоставить данной проблеме. Они могли выделить Unix (как это было в MacOS X), изобрести заново приблизительно эквивалентные функции по частям (как это сделано в Windows), или попытаться заново создать весь мир (как попыталась и не смогла BeOS). Однако тем временем в Unix-системах с открытым исходным кодом росли клиентские возможности по использованию GUI-интерфейсов, а также возможности работы на недорогих персональных машинах.

Данные факторы оказались, однако, не настолько уравновешенными, как это может показаться из приведенного выше описания. Модернизация таких функций серверных операционных систем, как множество классов привилегий и полная многозадачность, в клиентской операционной системе представляется очень трудной задачей, и, весьма вероятно, нарушит совместимость с предыдущими версиями клиента, а также приведет к многочисленным проблемам безопасности. С другой стороны, проблем связанных с внедрением GUI-интерфейса в серверную операционную систему, вполне можно избежать при условии наличия высококвалифицированного персонала и недорогих аппаратных ресурсов. Как и в строительстве, восстановить надстройку на поверхности прочного фундамента проще, чем заменить фундамент без разрушения надстройки.

Кроме наличия собственных архитектурных преимуществ серверной операционной системы, Unix всегда скептически относилась к целевой аудитории. Разработчики и создатели никогда не допускали, что знают все потенциально возможные способы применения системы.

Следовательно, конструкция операционной системы Unix проявила гораздо большие возможности по модернизации в качестве клиента, чем любая из клиентских операционных систем-конкурентов продемонстрировала возможности по модернизации в качестве сервера. Хотя возрождению Unix в 90-х годах прошлого века способствовало и множество других факторов, как технологических, так и экономических, но именно вышеупомянутые возможности выходят на первый план при обсуждении стиля проектирования операционных систем.

Часть II Проектирование

4 Модульность: четкость и простота

Есть два способа конструирования программного обеспечения. Один из них заключается в том, чтобы создавать такие простые программы, в которых нет недостатков; другой — в том, чтобы создавать программы настолько сложные, чтобы в них не было очевидных недостатков. Первый метод значительно труднее. The Emperor's Old Clothes, САСМ, февраль 1981 – Ч. А. Р. Хоар (С. A. R. Ноаге)

Существует естественная иерархия методов разделения кода на блоки, которая развивалась по мере того, как программистам приходилось управлять возрастающими уровнями сложности. Вначале все программы представляли собой огромную глыбу машинного кода. Ранние процедурные языки внесли понятие разделения на подпрограммы. Затем были изобретены служебные библиотеки для совместного использования общих полезных функций между множеством программ. После этого были разработаны отдельные адресные пространства и взаимодействующие процессы. В настоящее время не вызывает удивления тот факт, что программные системы распределяются среди множества узлов, разделенных тысячами миль сетевого кабеля.

Ранние разработчики Unix были в числе первопроходцев модульности программного обеспечения. До их прихода правило модульности было теорией компьютерной науки, но не инженерной практикой. В книге "Design Rules" [2], радикальном учении об экономических основах модульности в инженерном дизайне, авторы используют развитие компьютерной индустрии в качестве учебного примера и доказывают, что сообщество Unix фактически было первым в систематическом применении модульной декомпозиции в производстве программного обеспечения в отличие от аппаратного обеспечения. Модульность аппаратного обеспечения, несомненно, была одной из основ инженерии с момента принятия стандартной винтовой резьбы в конце 19-го столетия.