Силы владык и их врагов были велики, их корабли грандиозны. Война бушевала у сотен солнц. Огромные флоты уничтожали друг друга в холодной пустоте, корабли хлестали друг друга лучами немыслимой мощности и взрывались как маленькие сверхновые, медленно разнося по космосу мертвые обломки… Война шла… И вскоре, звездные владыки обнаружили печальную истину, – они уже давно незаметно перестали быть воинами. Слишком долго они были господами. Слишком хорошо они научились ценить свою жизнь. Слишком мало рождалось у них детей. Слишком много расплодилось трусов неспособных к самопожертвованию. Владыки еще могли сидеть в рубках огромных межзвездных боевых кораблей, но мало среди них находилось охотников сражаться в мясорубках космических и планетарных десантов, где выжившие каждый раз составляли едва несколько процентов от брошенных в бой. Право сражаться вплотную с врагом владыки великодушно предоставляли низшим расам, выгребая живые ресусрсы с еще подконтрольных планет. Но низшие по технологическому развитию – далеко не тождественны глупцам. Представители этих рас рано или поздно понимали, что становятся пушечным мясом для адмиралов звездных владык. И чем больше длилась война, тем больше вспыхивало мятежей. Тем больше своих собственных планет, на которых они не могли подавить мятеж, владыкам приходилось превращать в мертвую, лишенную атмосферы безжизненную пустыню. Я еще не утомил тебя, – Спросил Одд.

– Нет, продолжай.

– Так продолжалось, пока владыки не придумали себе новое оружие. На их звездных картах в глубоком тылу от фронтов было несклько отдаленных планет. На них жили примитвные существа, достойные стать низшими братьями, но до котрых в мирное время просто не доходили руки. В военное время руки дошли… Идея была проста. Если низшие имели примитивную веру в предков или богов, – отчего же не оказать им великую честь сражаться за этих богов? Примитивы еще и будут отталкивать друг друга локтями в очереди за такой велиой честью. Ну а уж показаться дикарям богами при уровне технологий владык было проще простого.

– Так… – Запнулся Петр.

– Подожди, слушай. Однако все было не так просто. Для нужд военной машины владык несколько маленьких планеток было каплей в море. Выгребя их население до основания, едва ли удалось бы пополнить нужду в бойцах даже на несколько процентов. И тогда владыки начали проект, который был более затратным по времени, но зато обеспечил бы им необходимое количество живого ресурса. Да будет тебе известно, что владыки достигли совершенства в области клонирования живых существ – то есть научились из малейшей частички одного живого существа, создавать сколько угодно его точных копий. Это позволяло создать сколь угодно большую армию. Правда было одно "но". Эта потенциальная армия неимела бы никакого боевого опыта. Ведь можно с какой угодно точностью скопировать клетки мозга, но сама личность формируется только по совокупности неизмеримого множества разных событий, которые происходят по мере жизни. И если ты просто скопируешь мозг гениального стратега и редкого храбреца, то его клон окажется лишь пустой оболочкой. Он начнет свою жизнь с чистого листа, и поскольку не будет иметь того же уникального набора жизненных событий, – то может никогда не стать воином, подобным своем оригиналу. Поэтому, перед владыками встала задача не просто клонировать тела, но так же клонировать и сознание – записать уникальную последовательность событий, которое создавало из обычного существа – солдата. К выбранным планетам были посланы специальные автоматические корабли. Их матки разбрасывали над планетой модули, у которых было две задачи. Первая – незримо собирать информацию о религиозных верованиях. Вторая – вживлять в подходящих самок аборигенов имплант, который производил нужную перестройку развивашегося в них плода. Вживлять имплант было нужно еще на стадии оплодотворения, – слишком сильная требовалась перестройка организма, и выживал объект только тогда, когда чужеродная информация подключалась к строению организма на самой ранней стадии формирования. Сперва для оплодотворения самок их похищали, и проплоскав мозги нехитрым спектаклем о удостоивших их великой чести богах, осеменяли в лаборатории на борту корабля-матки. Однако эта тактика была неэффективной. Не всегда ревнивый самец верил своей самке, что её обрюхатил бог-небожитель, и далеко не всем самкам удавалось пережить выражение подобного недоверия. Если же все племя становилсоь свидетелем изъявления божественной милости, то родившийся в атмосфере всеобщего почитания ребенок весьма редко вырастал хорошим воином, так как был о себе уж слишком выского мнения, что вредно для пушечного мяса. Поэтому позже перешли к системе, когда наблюдательные модули находили подходящего свежего покойника мужского пола у которого еще не успели произойти необратимые изменения в мозгу, – временно его реанимировали, заряжали в него имплант, и отправляли осеменить его собственную самку. Жиые для этого увы – не подходили, так как грубое внедрение вызывало слишком сильные изменения в теле, покойнку же было уже неважно, его роль была краткой. После чего покойник исчезал, а его жена спокойно вынашивала рожденного от родного мужа ребенка. Конечно и тут бывали эксцессы, которые породили множество легенд о живых мертвецах. Но в целом эта система работала лучше прежней. Кроме того, покойник требовался только один раз – для запуска процесса. После этого, каждый ребенок рожденный с помощью имлпнта, уже сам воспроизводил очередной для внедрения потомству. Сеть непрерывно ширилась.

В ребенке, рожденным таким специфическим образом, в мозгу росла дублирующая биоорганическая сеть-паутина: – сама себе и компьютер, и антена, питающаяся от организма как симбиот. Она сохраняла все данные ДНК ребенка, и одновременно через органы чувств записывала все события происходившие с человеком, и все его ощущения на механические носители. И регулярно передавала информацию крутящимся неподалеку модулям, которые в свою очередь доставляли её на корабль матку. Таким образом записывалаь информация, которая позволяла создать полную копию человека, – и на уровне тела и на уровне разума. Корабли-наблюдатели регулярно посылали курьеров с этой информацией, на планеты, где были готовы механические ульи для производства клонов.

В ульях цифровые матицы сознаний проходили отсев. Первым делом за ненадобностью уничтожались сознания аборигенов не бывшие при жизни воинами. Потом отсеивали воинов склонных к нонкоформизму, скептицизму, критическому анализу, любопытству, лидерству. В дело же шли сознания вояк склонных к неукоснительному исполнению приказов, с пониженной активностью лобно-височной доли мозга, отвечающей за критику, администрирование и высший контроль. – Одд прервался. – Я не слишком сложно рассказываю?

– В отдельных моментах. Но в целом я пока все понимаю, – хрипло буркнул Петр. – Продолжай.

– Хорошо. Потом отсеивали сознания недостаточно пластичные, чтобы принять дополнительную информационную матрицу, в которой была заложена информация необходимая десантнику. Язык, владение оружием, доспехами, транспортными средствами.

Одд глянул на Петра.

– Ты ведь наверно уже заметил, что знаешь на какую дальность может стрелять твой излучатель, но не имеешь понятия каким образом поисходит инерционное удержание плазмы до момента её столконвения с мишенью. Ты знаешь скороть набора высоты малого орбитального шлюпа, но без понятия как функционирует его двигатель. Простейшие процедуры диагностики и ремонта всплывают в твоей голове как мантра, как алгоритм, производя который ты не имешь понятия о его сути.

– Да, я замечал. Мы замечали…

– Естественно отсеивали и тех, кто был недостаточно гибок, чтобы воспринять новую тактику. Ведь вместо того чтобы лупить оппонента каменным молотком поголове, нужно ыбло уметь использовать в сосновном дистанционное оружие. Короче, критериев для отсева было много. Но тех кто их проходил, запускли в производство. Они получали тела, и – рождались заново. Далее их ждала встреча с горячо любимым божеством в специально созданном маленьком райке, рассказ о небесном воинстве, о слугах зла посягнувших на… Представителей разных народов и вер старались не смешивать. Северян воодушевлял на бой Один. Ромеев – Квирин. Фарсов – Бахрам. Зачем им знать друг про друга? Длительность и тщательность этой стадии зависела от того, насколько велик был дефицит солдат на фронте. И вот, возрожденные, пережившивающие религиозную экзальтацию воины уже многотысячными рядами утрамбовываются в трюмы десантно-штурмовых барж. Вскоре те из них, кто уцелеет при прорыве орбитальной обороны выспятся из чрева корабля и снесут всех, на кого укажут отцы-командиры.Эти воины не убоятся демона-паука, от вида которого у любого жителя звездной державы стынет кровь в жилах, и не дрогнут рукой взрезать ангельского на вид детеныша рассы мурранов. Гуманойда похожего на них они убьют как ертика. А усыпанного костяными наростами – как богомерзкого демона. Ни страха, ни сомнений, ни жалости. Идеальные машины убийства. Ну а если такого бойца самого часом подстрелят – улей в самом скором времени доставит к полю боя его новенькую копию. Более того, ведь одну и ту же матрицу можно копировать неограниченное количество раз, и единовременно рассылать тысячи копий на разные участки неизмеримо огромного фронта. Главное, чтобы они случайно не встретились друг с другом, – почему-то люди обычно плохо реагируют на появления своих двойников… С момента когда ульи плучили достаточное количество матриц, и заработали в полную силу, положение изменилась в пользу владык. Возвратившиеся привыкли презирать владык за мягкотелость, но выяснилось, что по сравнению с новой пехотой владык – они сами слишком цивилизованная "мякоть". Возвратившиеся пытались придумать ответные меры. Создавали роботопехоту, – но с продукцией владык они и близко не могли сранвится.

– Один из наших, – Стас. Перед тем как попасть сюда, встретился с разумной машиной, земного изготовления. – Возразил Петр. – Наверно по сравнению с вашими технологиями, еще довольно примитивного. Но, как он сказал, – ему хватило.

– Он просто не знал, с чем имеет дело. Уверяю тебя, человек при хорошей экипиовке даст любой машине сто очков вперед. А машины часто подводит шаблонность решений. Возвратившиеся уяснили это на своем опыте… Впрочем, только пехота не может обеспечить победу в войне. Слишком много обе стороны взрываи планеты и солнца… Многолетняя война истощила обе стороны, некогда бурный огонь битвы теперь тлел среди звезд лишь как россыпь остывающих углей. Но обе стороны уже слишком далеко зашли. Владыки опасались что возвратившиеся хотят занять их место звездного гегемона. А возвратившиеся понимали, что только их тотальное уничтожение позволило бы владыкам вернуть время, которое они воспринимали как свой золотой век…