– Да, она… очень милая. – Лида поморщилась от дурацкого каламбура.

– Я бы сказала, кроткая, – уточнила учительница. – Забытое слово, и так редко теперь всплывает в памяти. С такими людьми нужно обращаться бережно. Ладно, беги, вижу, что тебе не терпится.

Лида, выдавив напоследок вежливую улыбку, поспешила испариться.

Толпа в раздевалке уже рассеялась. Только откуда-то из глубины, из-за сдвинутых в один массив лишних вешалок до нее донеслись голоса.

– Как тебе новенькая? – кажется, говорила Аня Кошкина, классная активистка.

– Ну как, сама догадайся, – тонким голоском отозвалась Мила. – Мы подружились.

– А обратно раздружиться пока не хочешь?

Молчание.

– Нет, ну я даже не знаю, как тебе это сказать… Есть в ней что-то жутковатое, тебе не показалось? Не могу понять, что именно, но я бы с ней точно общаться не стала. Тем более сидеть за одной партой.

«Ну вот, знакомая песня, и на что я надеялась?»

– Ты себя не мучь, если что, пересаживайся ко мне или к Нельке, – сочувственным голосом предложила Кошкина.

– Я знаю, что в ней не так, – прошелестел напряженный Милин голос, и Лида совсем перестала дышать. – Она мне во всем призналась.

– В смысле?

– В смысле, что она – оборотень. Это у них семейное, ничего не поделаешь. В шестнадцать лет произошла инициация, и семья тут же перебралась в наш город. Ну, у нас ведь лес огромный, есть где укрыться.

– Журавка, хватит гнать, – не слишком уверенно произнесла Кошкина, а Лиде пришлось зажать рот руками, чтобы не расхохотаться.

– Но я волнуюсь немного насчет зимы, – дрожащим голоском продолжала Мила. – Темнеет так рано, перерождение может начаться прямо в школе. И она первым делом набросится на меня, потому что мой запах будет знать лучше других. Мы, конечно, пытаемся придумать что-нибудь на такой случай…

– Вот больная! – возмутилась Кошкина. – Повзрослей уже!

И с шумом ломанулась к выходу. Следом за ней вышла и Мила, а Лида немного задержалась, не желая выдавать свое присутствие. Неприятный осадок исчез без следа. С такой подругой, как Мила Журавка, что ей за дело до чужих идиотских страхов!

Уже в плаще и уличной обуви она отыскала Милу в холле, задумчиво глядящую в окно.

– Дождь кончился, – меланхолично сообщила та.

– Ну и здорово! Пошли бродить по парку!

А потом сделала то, чего не делала никогда в жизни, – взяла Милу за маленькую теплую ладошку. И вдруг вспомнила, как ей хотелось еще в детском саду ходить за руку с другими девочками, но никто не соглашался. А Мила только доверчиво сжала ее пальцы:

– Пойдем! Только туфли мои скоро промокнут, много не нагуляем.

Они вышли в серый опустевший двор, вдохнули разом пряный осенний воздух – и тут у них на пути возник Алеша Санин.

– Мил, будь так добра, иди сегодня домой одна, – очень вежливо попросил он. – Нам с Лидой нужно поговорить.

– Нет, не нужно, – возмутилась Лида, ощутив, как ускользает, тянет прочь руку ее робкая подружка. – С какой это стати? Ты к Марату своему пришел – вот и жди его.

Алексей преграждал им дорогу и смотрел удивленно, будто поверить не мог, что какая-то девчонка не согласна идти с ним на край света по первому требованию. Потом сердитым голосом повторил:

– Есть разговор, и это очень важно. Извините, если нарушил ваши планы.

– Я пойду, – пискнула Мила, все больше краснея. – Мне в самом деле нужно… дома ждут… и туфли…

И едва не бегом бросилась прочь. Лида проводила ее растерянным взглядом, потом, медленно закипая, обратила свой взор на Санина:

– Ну и что за спешка? Если что надо – связался бы со мной через Ворона, он знает, где меня найти.

– Так и знал, что ты обидишься, – ухмыльнулся Алексей.

– Не обиделась, но запомнила. И что там у тебя случилось?

– Не у меня, а у тебя, кстати. Что это за банда ряженых тебя караулила возле школы? Рыжий варяг, королева красоты и человек-невидимка.

Тут уж Лида не смогла удержаться от громкого смешка: «человек-невидимка» – удачная придумка, не то что ее «шпион». Алексей вперил в нее пронзительный взгляд:

– Так ты их знаешь?

– Видела пару раз, – призналась девушка.

– Они что, следят за тобой?

– Я бы не сказала. Скорее уж наоборот: упорно лезут мне на глаза. А что вообще случилось?

– Они были здесь, – Санин очертил пальцем пространство школьного двора. – Я пришел где-то в начале седьмого урока, чтобы успеть в библиотеку. А они в районе дуба кучковались. Я отреагировал, потому что девица назвала твою фамилию. Кстати, знакомая девчонка, вроде видел ее где-то, а вспомнить никак не могу. Ну я и подслушал. Из-за дуба.

– И о чем они говорили? – с нарастающей тревогой спросила Лида. Кажется, сегодня в городе – день всеобщих подслушиваний. Но откуда девица знает ее фамилию?!