Но Китнисс решительно все равно, Китнисс нужен Пит — что же, Гейл давно уже мог догадаться, давно уже мог понять, давно уже мог закинуть свои чувства куда-нибудь подальше [на самом деле закинул, только вот это не помогло].

***

У Гейла на рукаве группа крови [первая отрицательная, такая же, как у Китнисс, только вот от этого ничуть не легче], а в крохотном кармане под грудью таблетка, названная морником [в честь ягоды, которую она собиралась проглотить вместе с Питом — от упоминания об этом становится намного, намного хуже]. Гейл идет умирать за революцию, за идеалы, за освобождение людей от Игр [которые забрали у него его Китнисс] и за свободный Панем.

За это. И только самую малость — за Китнисс.

И то лишь потому, что она — лицо революции. А вовсе не потому, что Гейл не может представить себе жизнь без ее глаз [пусть даже потухших] и заливистого смеха [пусть даже он уже много месяцев его не слышал].

Честно, Гейл с большим удовольствием умрет за Китнисс [неважно, за Китнисс-Сойку или за его Китнисс, честно, он уже не знает, где начинается одно и заканчивается другое], но вот только его поступок она уже не оценит.

Потому что у нее есть Пит, отдавший и пожертвовавший ей все — семью, сердце и разум.

А что может предложить ей Гейл? Всего-навсего кровь для переливания первой отрицательной группы и свою жизнь.

Которая, на самом деле, ей уже не нужна.

Группа крови — на рукаве,

Мой порядковый номер — на рукаве,

Пожелай мне удачи в бою,

Пожелай мне…

Не остаться в этой траве,

Не остаться в этой траве.

Пожелай мне удачи…

Пожелай

мне

удачи!