Рассчитав время, я подошел к медпункту за пятнадцать минут до обеденного перерыва, а точнее до того времени, как медсестра уходит в кафе. Разумеется, этот график мог претерпевать изменения, если кому-то требовалась медпомощь, но подобное случалось достаточно редко. Вот и сегодня помимо трех студентов, зашедших перед обедом за справками, никого кроме персонала не было.

Кивнул Ольге, как старой знакомой, она же махнула рукой - мол проходи в кабинет. Дюканье у себя был один. Постоянно поглядывая на часы, он быстро осмотрел мою руку и сказал, что не наблюдает никаких изменений. Я же ему возразил, что определенно чувствую улучшения, что было наглой ложью, но, чтобы заметить моё вранье, нужно было знать меня намного лучше, чем меня знал физиотерапевт. Чем ближе минутная стрелка приближалась к двум пополудни, тем более нервным становился врач.

– - Если вам куда-то надо, то поставьте мне аппарат электростимуляции, и уходите, я один посижу. Заодно присмотрю за кабинетом.

В моём предложении нет ничего экстраординарного, пару раз он сам мне такое предлагал, и я оставался в медпункте один. Конечно, это было нарушением правил, но гораздо меньшим, чем закрытый вообще медпункт.

Установив электроды мне на запястье и подключив аппарат, Жерар коротко проинструктировал, что мне делать, если кто-то придет. Весь этот инструктаж сводился к тому, что попросить подождать пришедшего и срочно позвонить ему или Ольге. Точнее, если придет студент за справкой, то звонить разумеется никому не надо, студент подождет, не развалится. Звонить надо было только в случае происшествий или визита кого-то из администрации. Уверив Дюканье, что я все понял и вообще не в первый раз, внимательно при этом запоминал, как он ставит электроды. Усадив меня так, чтобы рука лежала расслабленно и не путались провода, он включил аппарат. Часы показывали два часа три минуты. Еще раз уточнив, правильно ли я понял, что делать, если кто придет, Жерар пулей вылетел из кабинета.

Подождав две минуты, я аккуратно отсоединил электроды и выглянул в приемную. Там было пусто. Взяв швабру, поставил её так, что если кто-то откроет входную дверь, то она упадет и я это услышу, после чего вернулся в кабинет.

Доступ к нужной мне информации можно было получить тремя способами. Некоторые медкарты хранились в бумажном виде в кабинете, а также на компьютере доктора. К тому же все обращения и диагноз первичного осмотра заносились на комп медсестры. Не став рисковать оставить какой-либо цифровой след, просто подошел к шкафу картотеки. Разумеется, в кабинете находились медкарты только недавно обращавшихся за помощью студентов, для полной картотеки был отведен специальный кабинет, ключ от которого был только у медсестры. Найти каточки Борка и Уримы заняло меньше минуты, пролистнуть их на последние страницы и прочитать диагнозы, тоже не потребовало много времени.

Пассия Рика была права, эти двое и правда подрались. На радость Ланса и моего кармана эта драка не прошла без последствий, капитан Тавров получил растяжение спины, а разыгрывающий - повреждение кисти. Это если не считать множества синяков. Рекомендации врача были однозначны: у первого минимум неделя без тренировок, а второй возможно выбыл и на больший срок.

Поставив медкарты на место, сразу же послал сообщение Лансу, воспользовавшись анонимным сервером одного из мессенДжиров. После чего сел обратно и установил электроды так, как их поставил Жерар.

После пятнадцати минут моего ничегонеделания, с обеда вернулся Дюканье. Настроение у него было лучше не придумаешь, видимо Ольга благосклонно сегодня отнеслась к его ухаживаниям. Что-то насвистывая, он почти не глядя снял с меня все провода и, выслушав мою благодарность, только махнул рукой, правда не забыв повторить, чтобы я не питал излишних надежд на полное выздоровление...

Сев на обратный трамвай и глядя на удаляющиеся строения университета, наконец-то почувствовал, как расслабляюсь. Несмотря на то, что мне ничего не угрожало и все прошло так гладко, как только возможно, все равно я был полон внутреннего напряжения. Причем, если бы сегодня было дежурство другой смены, то у меня также не возникло бы больших трудностей, так как там работает медсестрой вполне почтенная матрона Катисия. Дама далеко за сорок, но со слабостью к онлайновому флирту в виртуальных игрушках, где она выдавала себя за шестнадцатилетнюю красотку. Когда она узнала, что я в университетской команде по киберспорту, то, стоило мне прийти в медпункт в её смену, как она тут же усаживала меня за свой комп и просила помочь или что-то пояснить в играх. Отвлечь её чем-то и взглянуть в цифровой журнал посещений, в котором указаны предварительные диагнозы за последнюю неделю, было бы совсем не трудно.

Под мерный перестук колес трамвая поймал себя на мысли, что вообще не чувствую никаких угрызений. Что я такого сделал? Ну... Нарушил кучу правил университета, это да. Также проигнорировал конфиденциальность медицинских данных, да и то, Лансу я ничего не сообщил о характере травм ребят, а только передал ему, что эти двое завтра сыграть не смогут. Как-то оба этих пункта не перешагивают тот рубеж, за которым меня начинают мучать муки совести. К тому же мысль о том, что скоро мои две тысячи превратятся как минимум в пять с учетом закономерного падения коэффициента при повышении ставок на одну из сторон, приятно согревала. А то, что Тавры проиграют без капитана и разыгрывающего это почти гарантировано, у нашей команды не было даже близких по уровню игроков, как эта пара. Именно Урима и Борк по сути и тащили Тавров на себе, без них наши волейболисты не боролись бы за первые места, а болтались бы в лучшем случае в середине таблицы. Возможно будь у тренера время перестроить игру команды, то шансы бы появились, но матч-то уже завтра! Разумеется, возможность проиграть есть всегда, но в данном случае риск вполне оправдан.

Правда, когда вернулся к себе и уже взял деньги в руки, этот оправданный риск показался уже не настолько и оправданным. Минуты три стоял с купюрами в руках, после чего, отсчитав ровно половину, спрятал остальное и только потом спустился в ресторан.

Сегодня на "дежурстве" за главного из гуннов был Фел. Тот самый байкер, который спрашивал меня о том, насколько легальны деньги, полученные за победы на киберспортивных турнирах. Пересчитав переданные мной деньги, он с недоумением спросил:

– - Ланс говорил о двух тысячах, а здесь только одна.

– - Я не азартен.
– Пожимаю плечами, не собираясь ничего объяснять.

Фел не стал спрашивать больше ничего, кивнув своим, он поднялся из-за стола и вышел на улицу. На самом деле я конечно азартен, в этом и есть моя основная беда, но именно борьба с этим моим недостатком и заставила не вкладывать в эту ставку все накопленное. Хотя, если признаться себе, то очень хотелось, не то, что поставить все своё, но и позвонить старшей сестре и занять у неё под это дело. Даже сейчас, уже приняв окончательное решение и отдав Фелу только тысячу, с большим трудом удержал себя от того, чтобы остановить байкера и не сбегать за остальными деньгами.