Наконец, он открыл глаза. Черные блестящие в свете факелов глаза смотрели на Нину с минуту, пока он пытался понять происходящее. Пальцы крепко сжимали её хрупкое запястье, после мужчина резко сел и обнял её.

– Северус, – снова всхлипнула она, обнимая мужчину в ответ. Слов не было, их было так много, что нельзя было сказать ни одного.

Он вдруг отодвинул её на вытянутых руках и взглянул на девушку с тревогой.

– Нина… Ты… настоящая? Мы… оба живы? – голос его звучал глуше, чем привыкла Нина, он был будто сильно простуженным и охрипшим. Изменился мужчина мало, разве что вот здесь, над ухом, проявилось несколько седых волос. Кто знает, что он пережил в войну…

Нина долго молчала, пытаясь успокоиться, и лишь потом счастливо улыбнулась.

– Когда я пришла сюда, я точно была жива! А вот с тобой нам ещё надо разобраться…

Он провел пальцами по её взъерошенным волосам.

– Ты точно такая же, как в тот день…

– Ещё бы, – вздохнула она, снова прижимаясь к мужчине.

– Я ждал… пока завершится война, чтобы решиться вот на это, – он провел ладонью по стеклянной подставке. – Как тебе мой эксперимент?

– Орден Мерлина тебе обеспечен, – Нина внезапно вернулась в свое нормальное и даже счастливое состояние. А может, просто сошла с ума и это настолько очевидно, что всё идет как обычно?

Продолжая нежно обнимать девушку, Северус смотрел на неё и не мог насмотреться.

– Пять лет, – с легкой грустью улыбнулся он. – Пять лет ты была моим воспоминанием, к которому я возвращался каждый день. Так прошло пять лет…

– Двадцать пять, Северус, – она тихо, почти беззвучно смеялась, стирая недавние слёзы, – мы переиграли всех.